Книга Украденная жена. Одержимый дракон, страница 53 – Кристина Юраш

— Ты играешь в игры, — прошептал он, словно напоминая мне мое место и мою роль. — Опасные игры.

— Это не игра, — ответила я. — Это единственное, что у меня есть.

Он резко встал. Тень накрыла меня, потом исчезла.

— Спи, — бросил он сквозь зубы, накрывая меня одеялом. — Завтра начнется подготовка. Тебе нужно выспаться.

Он ушел в кабинет, хлопнув дверью. Звук захлопнувшейся створки отсек его присутствие, но не его контроль.

Я закрыла глаза. Сон пришел не сразу. Я лежала и слушала, как скрипит дерево в стенах. Как где-то в кабинете расхаживает Ройстер. Как тикают часы.

Утро наступило слишком быстро.

Моя жизнь превратилась в один длинный, непрерывный день, растянутый на трое суток. Время потеряло смысл. Оно измерялось не часами, а примерками.

Комната наполнилась людьми. Швеи, портные, ювелиры. Они кружили вокруг, как осы вокруг мяса. Ткани шуршали, иголки вонзались в манекены, а иногда — случайно — в мою кожу. «Ой, простите! Ах, мы просто очень спешим! Понимаете, пошить такое платье за такой короткий срок…»

Я не вздрагивала. Пусть колют. Боль подтверждала, что я еще здесь. И что я ищу выход. Но пока что мысли упирались в тупик. Сбежать? Куда? Поблизости у меня нет никого. Родственники той, в чьем теле я была, давно умерли. И кроме горстки слуг и поместья у меня ничего нет.

Попросить помощи у кого-то из высшего общества? Неприемлемо. Они все так живут. И никто не увидит в этом ничего ужасного. Их жены так же лежат в постели, в надежде, что супружеский долг скоро закончится. Их мужья так же прикасаются к ним, вызывая чувство брезгливости.

— Этот оттенок бархата слишком мрачен для бала, миледи, — щебетала портниха, прикладывая к моему лицу лоскут глубокого синего цвета. — Может, изумруд? Или серебро?

— Мне все равно, — говорила я.

— Но милорд настаивает на эффектности, — она нервничала. Ее руки дрожали, когда она снимала мерки. Сантиметровая лента холодила шею.

Я сидела неподвижно, пока они одевали меня, раздевали, снова одевали. Тем временем возле столика суетились ювелиры. Они выбирали маску.

— Перья? — предлагал ювелир, держа в руках изделие из черного кружева и страусовых перьев, с инкрустациями драгоценностей. — Или металл?

— Металл, — сказал голос Ройстера.

Ройстер стоял там, скрестив руки на груди. Он наблюдал. Всегда наблюдал.

— Металл выглядит куда более эффектно, — добавил он. Его взгляд скользнул по мне, оценивающий, холодный. — И лучше скрывает лицо.

Мне поднесли маску из тонкого серебра. Она была тяжелой. Когда ее приложили к лицу, металл обжег холодом.

— Она вам идет, — прошептала служанка. Бедная девушка завидовала мне. Она тоже хотела попасть на бал, тоже хотела красивые наряды. Поэтому у нее в отогнувшемся кармане виднелось несколько бусин и обрезок кружева.

Но я видела в отражении зеркала не себя. Я видела другую маску. Серебристую. С прорезями, где плескалась тьма. Та, настоящая.

«Почему он не пришел? Или, получив ключ Мистериума, он потерял интерес ко мне?»

Надо, наверное, выдохнуть с облегчением, но что-то неприятно сжалось внутри.

По моему телу скользил шелк, а я помнила прикосновение лилии.

День сменялся ночью, но разница была лишь в свечах и шторах. Когда портные уходили, в комнате оставались стражи. Два лакея в ливреях стояли у двери. Еще один сидел в кресле в углу, делая вид, что дремлет. Я не могла подойти к окну. Не могла выйти в коридор без сопровождения.