Книга Маяк, страница 11 – Татьяна Андреева

Блез умолк, ожидая реакции девушки. По его опыту, та должна была как минимум запричитать. К просьбам и жалобам он был человек привычный, если не сказать — устойчивый. На удивление, не последовало ничего такого. В день похорон в душе Элиз разверзлась пустошь. Самое худшее произошло, а больше ей нечего было бояться.

В голову Элиз приходила мысль отдать старосте подарок Изи, однако два грамма хрусталя не возместили бы кредиторам и половины списка. Заметив алчный блеск в глазах гостя, она отвергла эту идею.

Громыхнул железный засов. Снаружи послышался звук удаляющихся шагов. Элли прижалась спиной к двери и устало вздохнула. Блез давил на неё своим присутствием. Когда ушёл, ей сделалось легче дышать, сразу посветлело в доме.

Из предбанника открывался вид на лестницу, кусочек кухни, часть приёмного покоя. Жаль, что придётся расстаться с местом, где прошла вся жизнь. С особенной тоской она думала об отцовских инструментах и книгах. Но Изабел права. Вещи не нужны, чтобы помнить. Пальцы нащупали гладкий шарик, подвигали его по цепочке влево-вправо. Звук трения хрусталя о звенья успокаивал. Оставалось понять, как быть дальше.

Под чьей-то тяжестью застонало крыльцо.

«Бум, бум, бум!» — створка дрогнула от стука.

«Неужели вернулся?» — спросила себя девушка, ладонь её легла на засов.

К счастью, за дверью стояла не дородная фигура господина Блеза, а всего лишь Изи. Элиз обрадовалась швее, насколько это было возможно в сложившихся обстоятельствах, однако не смогла скрыть растерянности, вызванной её приходом. Изабел опередила вопросы:

— Мне всё известно, Элли, и я не могу оставаться в стороне. Не потому, что хочу ковыряться в чужом горе. Это не по мне, — она передёрнула плечами. — Я пришла, чтобы предложить тебе уехать со мной и вместе попытать счастья. Ты что-нибудь слышала о Кристальном? Да-да, тот самый остров, где нехватка мастеров. А мне, говорят, в шитье равных нет. Да и твои знания сгодятся. Всё же не каждый в травах разбирается и грамоте разумеет. Спасибо Леону, деньги на первое время есть. А вот от компании не откажусь. Что скажешь? По рукам?

Вместо того чтобы пожать ладонь Элиз, Изабел вложила в неё свой платок.

— Ну-ну, не плачь, милая. Радоваться надо. Мы начинаем новую жизнь!

Едва взглянув на белоснежную ткань, девушка передумала реветь. Работу госпожи Боне ни с чем не спутать. Той же сложной вышивкой был украшен платок Блеза. Точнее — вещь принадлежала вовсе не ему. Перед Элли картина действительности развернулась так же п

о

лно, как пейзаж открывается взгляду с холма. Ей стало ясно, откуда Изабел узнала о бедственном положении лекарской дочки в столь короткий срок, почему некогда явилась к Итенам за помощью и отчего теперь стремится променять на неизвестность вполне налаженный быт. Криотский голова женат, но не это важно.

Она

не хочет быть рядом

с ним

!

— Вот и правильно, девочка. Ни к чему нам лишние слёзы. Будем держаться стойко, — по-своему растолковала реакцию сиротки Изабел. — Приходи к моему дому на заре. Аднот едет за мукой в порт. Он нас и подбросит.

Подушечки пальцев гладили красную грудку снегиря, помещённого на белое поле рукой Изи. Платок! Она бросилась вслед за хозяйкой вещицы, но та уже скрылась из виду.

Вечером её вновь посетил господин Блез. На этот раз староста пришёл не один, а в сопровождении двух господ из Фростфорта — законника и оценщика.