Книга Гербарий Жанны, страница 77 – Изабель Шави

Другой пассажир, напротив, сразу понравился Жанне. Его приглашение на борт тоже обеспечили привилегии, а не особые заслуги или научные достижения. Молодой принц Нассау-Зигенский, аристократ со светло-каштановыми волосами и бледным лицом, которому едва ли исполнилось двадцать два года, был в науках явным дилетантом. Но безмерная страсть к приключениям, а также высокий титул, отличные связи и щедрое пожертвование дали ему возможность присоединиться к экспедиции, куда его приняли с распростертыми объятиями. Вопреки всему он первый заговорил с Жанной, когда та сидела на корточках на юте перед надежно закрепленными клетками с курами, утками, индейками и голубями.

— Бедные создания, не хотелось бы мне быть на их месте! – произнес принц в качестве преамбулы.

Удивленная, Жанна вскинула голову и обнаружила, что он возвышается над ней с приводящей в смущение улыбкой на губах. Она не слышала, как Карл Генрих подошел, а тем более ее повергло в недоумение, что он так запросто обратился к ней. Поскольку она молчала, как из осторожности, так и от удивления, принц самым естественным образом продолжил, присев рядом с ней на корточки:

— А скоро для них начнется настоящий ад: вот погодите, когда разыграется буря. Вы первый раз поднялись на борт?

Жанна кивнула.

— Вы слуга Филибера Коммерсона, не так ли? Я сам увлекаюсь ботаникой и очень хотел бы сопровождать вас во время вылазок на сушу, чтобы воспользоваться ученостью вашего хозяина.

— Конечно, – пробормотала она хриплым голосом, стараясь говорить с мужской уверенностью.

Слишком миниатюрная, Жанна знала, что производит впечатление мальчика-подростка, едва вошедшего в пубертатный период. Поэтому у нее не было никаких оснований полагать, что ее собеседник легче прочих разгадает тайну, которую она так тщательно хранит. Однако острота взгляда Карла Генриха, пусть и доброжелательная, повергала ее в смятение. Они были так близко друг к другу, что их куртки и колени соприкасались. Забавляясь, молодой принц просунул руку в клетку с курами и принялся дразнить их. Те в ответ обиженно закудахтали. Затем он выпрямился и, прищурившись, посмотрел на горизонт, внезапно сделавшись серьезным.

— Надеюсь, вы хорошо переносите качку, – пробормотал он.

Поднявшись в свою очередь, Жанна проследила за его взглядом и заметила большие черные тучи, клубящиеся на горизонте. Казалось, они еще очень далеко, но ветер неуловимо изменился, теперь она и сама это ощущала. Цвет неба потемнел до свинцово-серого, и старшие матросы с обезьяньей ловкостью вскарабкались по выбленкам^[7], чтобы свернуть паруса.

— Я восхищаюсь этими храбрецами, – сказал принц, будто размышляя вслух. – Кажется, головокружение им неведомо.

В самом деле, у них над головой моряки демонстрировали невероятную эквилибристику, зависая над пустотой, несмотря на усиливающийся ветер.

— Думаю, мне пора идти в укрытие, – продолжил молодой аристократ. – Вам следует поступить точно так же.

Жанна кивнула в знак согласия.

— Буду рад, если новая встреча с вами не заставит себя ждать, – в заключение сказал Карл Генрих, широко улыбнулся и ушел, оставив Жанну в полном замешательстве.

Однако в ближайшее время им не представилось такой возможности, поскольку, как и предсказывал принц, вскоре налетел ураган и разверзся настоящий ад.