Книга Танец теней, страница 66 – Яков Осканов

Чтобы вернуться в усадьбу, нужно было идти вверх по течению. Первым ориентиром должно было служить место водопоя, истоптанное зверями, и отходящая от него заметная тропа. Затем нужно было двигаться ещё выше по течению, к моему вчерашнему кострищу. А потом продолжить путь вдоль реки до места впадения ручья. Далее подняться ещё немного по ручью, проверить петли на зайцев и возвращаться в Ирий. В точности так я и прошёл.

С зайцами что-то не везло. Снова петли мои были пусты. Но я решил дать этому месту третий шанс. Говорят, третий раз — самый удачный. Тем более у меня с собой была подстреленная тетёрка, и очень хотелось добраться до темноты в Ирий, чтобы успеть собрать дрова для костра, на котором я планировал сварить дичь. Для этих целей была извлечена из котомки и наполнена в ручье большая фляга. Две поясные фляги поменьше также были опорожнены, вымыты и наполнены заново. Пока у меня не возникало желания попробовать воды из болотца возле усадьбы, так что водой приходилось запасаться.

По пути в усадьбу ничего примечательного не произошло. Мёртвый особняк ждал моего возвращения, уставившись на меня тёмными глазницами окон. Тишина снова облепила меня со всех сторон, как только я вышел на луг, но я уже привык к этому и не испытывал такого тягостного чувства, которое вызвал у меня Ирий в день, когда я нашёл его.

Вечер прошёл так, как я и запланировал. Тетёрка была сварена. Горячий бульон растворил мои тревоги и подарил умиротворение моему недовольно бурчащему животу. Я вспомнил, как провёл прошлую ночь, лёжа на жёстких камнях пещеры и стуча зубами от холода.

Всё же, каким бы мрачным ни казался мне особняк и его окрестности, было гораздо приятнее заснуть на диване, да ещё и сделав пару изрядных глотков превосходного коньяка на сон грядущий.

Я раскурил трубку и задумался. Нужно было решить, что делать завтра с утра. К настоящему моменту, на мой взгляд, судьбы трёх несчастных женщин и, предположительно, Степана, мне были известны. Оставалось понять, что произошло со Стужиными, управляющим и двумя работниками.

Я решил не отходить от первоначально намеченного плана и продолжать распутывать тайну исчезновения людей в том порядке, в каком они пропадали, в соответствии с хронологией журнала профессора Вернера.

Соответственно нужно было разобраться с пропажей Савелия и Ивана. В журнале учёного упомянуто, что охотники нашли какие-то горячие ключи на востоке от Ирия и отправились туда по поручению Августа Альбертовича прямо перед своей пропажей. Что ж, пожалуй, стоит совершить вылазку на восток и попробовать найти те чудодейственные термальные источники. А заодно, может быть, и найдутся следы пропавших мужчин.

Я встал, прошёлся по комнате, чтобы размяться, и подошёл к окну. Солнце только село, и наступили сумерки. Вид сонного хмурого луга дышал потусторонним покоем, и я заскользил взглядом по кромке молчаливого леса, окружавшего усадьбу. Тьма пока не окончательно его укрыла, и я, хоть и с трудом, ещё различал силуэты деревьев, медленно тонувшие в чернилах разливающейся ночи.

Внезапно мне показалось, что на дальнем краю луга, в сплетении неясных теней, глаз мой различил какое-то осторожное движение. Я пристально всмотрелся в то место. Действительно, на опушке леса виднелось тёмное пятно, напоминающее очертаниями человека. Сейчас оно не двигалось, и можно было бы подумать, что это просто игра теней, если бы не странное чувство, от которого у меня по затылку и шее пробежали мурашки. На меня смотрели. Я чувствовал это в раз обострившимися инстинктами. И пусть ни зрение, ни слух не подтверждали это наверняка, но я был уверен, что там, на краю поляны, кто-то стоит и разглядывает меня.