Книга Вечные Пески. Том 1 и 2, страница 26 – Лео Сухов

Вокруг кричали люди, летели стрелы. Раз за разом я заносил топор и со всей силы бил, пока из-под бледной плоти вместе с чёрной кровью не проступил багровый узел. Пульсировал он, будто сердце.

И все те несколько секунд, что на это ушли, ругался я почище грузчиков из речных портов. Левая рука, которая держала меня на рукояти кинжала, пульсировала болью. Пальцы стремительно немели от перенапряжения. И всё же у демона никак не получалось меня скинуть, а его мощные, но короткие лапы не дотягивались до загривка.

Сталь в очередной раз с хрустом вонзилась в узел. Обиженная тварь издала оглушительный, будто режущий уши визг. А я вырвал топор из плоти монстра и ударил снова. И снова.

Разрубить самую суть демона. Разорвать силы, что связывают воедино его организм. Превратить монстра в то, чем он был раньше — песком. И с каждым ударом тело чудовища начинало, расползаясь, терять форму.

На последнем ударе раздался звук, будто лопнула натянутая струна. И чудовище… рассыпалось. Броня, плоть, когти: всё превратилось в песок и пыль, а те, подняв густое облако, ухнули вниз.

Я тоже рухнул вслед за этим песчаным водопадом. С трёхметровой высоты. Неудачно приземлился, кувыркнулся и тревожно замер, ожидая хруста костей. Обошлось. Правда, боль всё равно пронзила тело, и дыхание на пару секунд вышибло.

Лёжа на спине, я поглядел в звёздное небо — в светлую полосу, которая пересекала его чуть под углом к горизонту. И снова попробовал пошевелиться, но решил всё-таки себя пожалеть. Между тем, крики ужаса вокруг сменились сначала гробовым молчанием… А затем ликующими и радостными возгласами.

Как говорили в моей прошлой жизни, я слишком стар для этого дерьма… И не надо говорить, что мне всего двадцать три года. Это серьёзный срок для песков. Бывают тут и те, кто в таком возрасте уже подыскивает пару собственным детям.

Правда, это разве что в диких окраинных землях, на границе Земли Людей. Всё же слишком ранние браки здесь не одобряются.

— Ишер! Ишер! — откашливаясь от пыли, ко мне пробился Марихан. — Так и знал, что это ты! Кто ещё может с неба свалиться⁈

— Я из окна прыгал, — ответил я, по-прежнему не спеша вставать. — А вовсе не с неба.

— Ну, знаешь, в темноте не разберёшь! — засмеялся Марихан, и в его смехе звенело облегчение того, кто выжил и только что это осознал. — Ты цел хоть? Руки-ноги не переломал?

— Да, знаешь, вроде нет… — признался я и, наконец, сел. — Синяков, конечно, на мне теперь больше, чем здорового тела… Но это я как-нибудь переживу. А ты тут кинжал не видел?

— Этот? — один из слуг, оказавшихся рядом, протянул мне моё оружие.

— О, да! Благодарю, — я принял кинжал за рукоять и убрал в ножны.

— А топор не выпустил! — одобрил Марихан.

— Конечно, нет! Чем потом сражаться? — ответил я и, схватившись за протянутую руку, со стоном утвердился на ногах. — И вообще, топор, считай — важная часть меня…

Вокруг царила суета, но уже вполне здоровая. Путники радовались победе над монстром, слуги тащили ворота обратно к ограде. Посреди ночи, конечно, их чинить не будут, но проход надёжно заколотят до утра. В песках с этим строго. Хватает здесь всякого: и бандитов, и дикого зверья. Никогда не знаешь, кто заглянет в гости.

Люди тушили факелы и фонари, зажжённые, чтобы сбить демона с толку и напугать. Не слишком эффективный метод, кстати. Свет качурги не любят. Однако не до такой степени, чтобы факелов устрашиться.