Книга Вечные Пески. Том 1 и 2, страница 27 – Лео Сухов

Мир вокруг погружался обратно в темноту.

— Пойду досплю… — обернувшись к Марихану, сказал я. — Сколько до рассвета?

— Ещё полночи впереди, — ответил тот. — Зажги огонь и закрой ставни. Иначе продрогнешь. В последнее время Хладный час в наших местах суров.

— Спасибо за предупреждение, — кивнул я.

— Спасибо за помощь, друг! — мы обменялись с Мариханом крепким рукопожатием. — Кто это был? Ты когда-нибудь видел таких?

— Качург, — ответил я одним словом на оба вопроса.

И направился обратно к себе. С учётом предыдущей ночи, мне очень хотелось спать.

Когда я поднимался по лестнице, кинул случайный взгляд вниз. Марихан стоял, обхватив подбородок пальцами, и тяжело думал. К нему уже подтягивались остальные братья и старик Дархан.

Они ждали знаков? Знак вломился к ним во двор. Гухулы ещё могут стаей кочевать отдельно от орды демонов. Качурги — нет. Им нужна охрана днём, им нужно подпитываться силой, если не нашли добычу. Слишком уж они велики. Не хватает им надолго Дикого Шёпота.

Орда надвигалась на земли Железного Кряжа. И я не завидовал тем, кто не успеет убраться с её пути. Иногда смерть — это не худшее, что может случиться с человеком.

Я проснулся оттого, что в дверь стучали. Нет, не стучали — в неё, похоже, методично долбились симпатичным, но, кажется, цельнокостяным лбом.

— Ишер! Ты живой там? Ишер!

Голос Меоли. Настойчивый, бодрый и очень раздражающий в моём текущем состоянии. Я попытался приподняться, но всё тело взвыло в ответ единым, слитным хором боли. Каждая мышца, каждый сустав, каждый свежий синяк… Вчерашний полёт и падение давали о себе знать. Рождённый ползать летать не должен, а я вчера нарушил это правило.

— Живой!.. — прохрипел я так, чтобы было слышно за дверью, и повалился обратно на кровать, шумно выдохнув от облегчения.

В комнате оказалось, мягко говоря, прохладно. И это несмотря на то, что печку я на ночь затопил. Жар от кизяка прогорает быстро, не в силах побороть предрассветный холод. А глина и камни печи дают под утро не так уж много тепла.

— Завтрак подают! — не унималась Меоли. — Я есть хочу!

Собрав волю в кулак, я всё-таки заставил себя подняться. Подошёл к глиняному умывальнику. Вода в кувшине за ночь теплее не стала. Пришлось, пересилив себя, окунуть в неё руки, сложенные лодочкой. Ледяная жижа, стекающая по лицу и шее, оказалась лучшим тонизирующим средством. Не столько бодрила, сколько шокировала организм, заставляя его проснуться. Растеревшись грубым полотенцем, я сгрёб в охапку свои вещи и вышел из комнаты.

Меоли поджидала меня в коридоре, сияющая и явно выспавшаяся. Её глаза горели.

— Я видела! — выпалила она, едва я закрыл за собой дверь. — Видела, как ты вчера прыгнул! С третьего этажа! Прямо на этого… этого страшного с хвостом! Это было жуть как храбро!

Я молча покосился на неё, спускаясь по лестнице. Приходилось крепко держаться за перила, чтобы меня не сложило пополам от внезапного прилива слабости. Любые трюки имеют свою цену, которую приходится затем выплачивать. И мой ночной прыжок — не исключение.

— Со стороны, наверно, выглядело как последний бред безумца, — наконец, ответил я, а потом добавил: — Который решил, что может летать. Не делай так никогда.

— Но ты же убил его! — не унималась Меоли, следуя за мной по пятам. — Все стреляли, кидали камни, а он ничего! А ты взял и прыгнул!