Онлайн книга «Перекресток воронов»
|
Он наступил на железо. Челюсти капкана сомкнулись, ухватив его за лодыжку, острые зубы пробили наголенник. Боль заставила его сесть, отложить меч, двумя руками схватиться за дуги капкана, чтобы развести их. Не удалось, вонзившееся железо держалось слишком крепко, пружина не поддавалась. В этот самый миг кто-то выскочил из укрытия, схватился за цепь ловушки и дернул за нее, поволок Геральта по земле. Геральт сложил было пальцы в Знак, но этот кто-то сильно пнул его в локоть, помешав. Еще двое выскочили из темноты, на Геральта посыпались удары окованных дубинок. Несколько раз он получил по голове. Получил по рукам, которыми прикрывался, услышал, как хрустнула кость. Получил по пальцам, те мгновенно онемели. Боль ослепила. Кто-то ударил дубинкой по дужкам капкана, вбивая стальные зубы еще глубже в лодыжку, усиливая боль. И еще один удар, зубы дошли до кости. Геральт невольно закричал. Дубинка ударила его в ключицу, другая в ребра, потом в колено, потом опять по руке, по перебитым пальцам. И по голове. И опять по голове, очень сильно. В глазах вспыхнуло, а потом мир рассыпался в дрожащую мозаику. * * * — Хватит, – сказала Мерицель. – Хватит, а то убьете его. Если уже не убили! Он вообще дышит еще? — Дышит, дышит, – заверил Сибор Понти, срывая у ведьмака с шеи медальон. – Живой он. — Надо бы еще крови, – прикинул Борегар Фрик. – Для лучшего впечатления. — Раны на голове сильно кровоточат, – высказал экспертное мнение Понти. — Вот и славно. – Мерицель уселась ведьмаку на грудь и широко резанула его ножом по лбу, под самой линией волос. И в самом деле, кровь тут же запульсировала из раны, волной заливая лицо и шею. — Так пойдет? – Мерицель встала. — Идеально, – оценил Фрик. – Ну же, давайте его на мула. Привяжем как-нибудь, чтоб не упал. — И к калитке, к калитке. Пока еще совсем не рассвело. * * * — Не уследили, бездари, кха-кха… – Маркиза Цервия Эррада Граффьякане раскашлялась, грохнула посохом об пол, сама чуть не упав при этом. — Это вы допустили, кха-кха, – прокашляла она, – чтобы мой Артамон погиб. Это из-за вас, из-за вашей бездарности и бестолковости от моего Артамона мне осталась лишь эта урна… Мерицель, Сибор Понти и Борегар Фрик покорно внимали. Никто из них не поднял понуро опущенной головы, чтобы проследить за взглядом маркизы, устремленным на стоящую на камине урну с прахом чародея Артамона из Асгута. Урна была из окрашенной в черный цвет майолики, а украшал ее герб чародея – три золотые птички на синем поле, d’azur a trois merlettes[67]d’or. — Воистину, – тяжело дышала и кашляла маркиза, – прогнать бы вас стоило… Бездари вы, прочь бы вас выгнать… Но сейчас есть у вас шанс вину облегчить… Проявить себя. Слушать, что приказываю! Троица склонилась еще ниже. Маркиза умолкла, грохнула посохом в пол. — Последнюю волю Артамона, – зашамкала она беззубым ртом, – следует исполнить. Тот храм в Эльсборге и те жрицы, что прислуживают ведьмакам… Мой Артамон хотел, чтобы они все умерли злой смертью. Значит, так они и должны умереть, от железа и огня… И этот малолетний ведьмак вместе с ними… Так что слушать мое повеление… * * * — Отворите калитку, святые сестры, – застонала Мерицель с истинным трагизмом в голосе. – Раненого ведьмака везем, молодого ведьмака, израненного ужасно! Помощь потребна! |