Онлайн книга «Обострение»
|
Долго задерживаться в больнице следователь не дал — торопился закончить все побыстрее, ибо дело-то было, по его мнению, плевое. Да и начальство требовало. Так он и сообщил всем, собравшимся в доме у пристава. — Дело прекращаю, потому как — несчастный случай. Ну, промахнулись, да… Со всяким стрелком случается! Тем более, этакий-то варнак… Сейчас допрошу вас, как свидетелей… Да сами напишете… Аркадий Борисович вытащил из портфеля стопку чистой бумаги, дорожный чернильный прибор и перья. И тут же предупредил, подняв верх указательный палец: — Однако, господа мои, коли будет кто спрашивать, говорите — следствие еще идет! Недовольство нынче везде тлеет и может вот-вот взорваться! Как еще похороны застреленного пройдут… Варнак-то — варнак… Да не запели бы «Замучен тяжелой неволей». Имейте в виду, господин пристав! И — мой вам совет — похороны те проконтролируйте! Что же касаемо вашего этого… Сильвестра… То тут ты, Алексей Николаевич, прав! Такого гада только с поличным надо. И да — с дактилоскопией я потороплю, сегодня же телефонирую лично! О похоронах неожиданно вспомнила и Анна Львовна, к которой доктор заглянул на обратном пути. Не мог не зайти и едва дождался перемены. Успели попить чаю. — Как с тифом? — выставляя на стол чашки, поинтересовалась учительница. — Вакцина твоя как? — Нынче с глюкозой пробую… — Иван Палыч устало улыбнулся и потянулся к печенью. — Думаю, в этот раз сладится все! — Дай-то Бог! — рассмеялась Анна Львовна. Посмеялась, оглянулась на висящие на стене фотографии Макса Линдера и Морфесси… глянула искоса, лукаво: — Как печенье-то, вкусное? — Замечательное! — искренне похвалил гость. — Сама пекла… Возьми-ка с собой… — Да пустое! — Возьми, возьми… Чайку попьете! Да, Аглае скажи, чтоб сегодня не приходила. С ребятами сегодня после уроков на пленер идем. В рощу. — Хорошо, — поблагодарив, доктор надел пальто и шапку. — Да, вот еще… — провожая, покусала губы учительница. — Слухи по селу ходят… Мол, Митрия-трактирщика полицейские специально подстрелили. Потому как — за простой народ был. Иван Палыч не выдержал и рассмеялся: — Тоже еще, нашли революционера! — Так-то оно так… Однако, это мы с тобой понимаем. В деревне же народ еще темный, — вздохнув, негромко промолвила Анна. — Я вот думаю, не случилось бы на похоронах какого-нибудь митинга! Жить-то все хуже… Цены растут, мужики никак с войны не вернутся… кто-то уже и не вернется вообще никогда… Как бы погром не устроили! — Так у нас же евреев — раз-два и обчелся! — Зато интеллигентные люди есть… Да того же Субботина возьми — без разницы. Да и черная сотня тут корни пустила — я их газеты на станции видела. Иван Палыч лишь кивнул, задумавшись. * * * Повернув с дороги к больничке, Иван Палыч еще издалека усмотрел шикарный городской фаэтон с керосиновыми фонарями и мягкой обивкой сидений. Пара сытых гнедых, фыркая, перебирали копытами. Это кто ж такой, интересно? На рычание мотоцикла кони и бровью не повели, так, слегка покосились. Значит, лошадки городские, привычные. Взбежав по ступенькам крыльца, доктор заглянул в смотровую и ахнул: — Господи! Ксения… — Здравствуйте, дорогой Иван Палыч! Да, это была она. Богатая и несколько взбалмошная красавица, юная леди с аристократическим тонким лицом и изысканными манерами. Ксения… |