Онлайн книга «Сломанный Свет»
|
В груди — укол. Чёрт. Она ведь ничего не сделала плохого. Ни истерик. Ни слёз. Просто стояла и держала маленький кусочек бумаги с цветами. А он — нож. Но лучше сразу. Без лжи. Без надежды. Отлепить этот пластырь. — Ева, — выдохнул он, пряча руки в карманы. — Для тебя и для меня будет лучше, если мы больше не будем видеться. Она осталась стоять. Неподвижно. Только пальцы слегка сжались на открытке. Он сделал шаг вперёд. Уловил, как её глаза дрогнули, испуганные, как у ребёнка, которого оставили одного в чужом месте. Слишком наивные. Слишком честные. — Ты должна жить дальше, понимаешь? — голос стал тише, но не мягче. — Я не смысл твоей жизни. Не герой, не свет, не конец сказки. Я просто человек, который когда-то… оказался рядом. Она не ответила. Только смотрела. В глазах — не слёзы. Что-то тише. Глубже. Будто в ней что-то беззвучно ломалось. Кир развернулся. Сделал первый шаг — и каждый последующий казался тяжелее. Дверь за ним закрылась глухо. В коридоре — ни звука. А внутри аудитории осталась только Ева. С комом в горле. С дрожащей открыткой в руке. И с тишиной, которая кричала громче, чем слова... * * * Кафе «Точка» Кафе «Точка» — место сходки молодежи после зачетов — как всегда, гудело. Неоновая вывеска над баром пульсировала розово-синим, как будто сердце под светом УФ-лампы. Запах карамельного кальяна въелся в воздух, в стены, в волосы посетителей. Басс качал в колонках. Кто-то хлопал в ладоши, кто-то визжал от смеха, расслабляясь после "душных преподов". Кирилл сидел в углу, за полукруглым диваном, среди своих — Сашка, Глеб, Макс, Артём. Девчонки, половину из которых он не знал по имени, они переливали коктейли из бокала в бокал, щебетали, как вольные птицы, и то и дело смахивали блестки с кожи друг друга. — За сданные нормативы! — крикнул Сашка, поднимая бокал с клюквенным морсом так, будто это был дорогой бурбон. — За нашу мощь и силу духа, — хрипло добавил Глеб, лязгая колой по стеклу. Кирилл усмехнулся. Сделал глоток. Того же морса. Он за рулем, да и завтра нужно ехать на встречу с куратором — голова должна быть чистой. Кир сидел с друзьями — физически. Но где-то глубоко чувствовал, что отстранён. От себя. От них. От этого шума. Внутри что-то глухо пульсировало, как до грозы. Он машинально следил за ледяными кубиками в стакане. Они чуть звякнули — или это звякнуло внутри него? Внезапно в компании воцарилась тишина. Звонкая, будто после грохота разбитого стекла. Светка, болтавшая о чём-то со своей подружкой, резко замолкла. Макс уставился в проход. Глеб приподнялся на локтях. Ева вошла. Словно в фильме: в замедленном кадре, сквозь плотный пар кальяна и неоновые отблески. Она прошла к барной стойке, будто не заметив никого. Но он понимал — она знала, что он здесь. Серое пальто — идеально скроенное, "оld money", подчеркивало ее тонкую фигуру. Она сняла его, а под ним — короткая чёрная юбка, высокие гольфы, почеркиваюшие полоску кожи в бежевом капроне, тёмно-синий свитер. Нежность — намеренная. Женственность — вызывающая. Как вызов, как игра на грани. — Ты глянь… — пробормотала Светка, медленно прищуриваясь. — Она из психушки сбежала? Опять ради тебя, Кир. И громко, наигранно засмеялась, закидывая голову. — Или на кастинг в клип, — поддел Глеб, сглатывая, не сводя глаз с Евы. — Но, слушай, огонь. |