Книга Счастливый удар, страница 41 – Ханна Коуэн

Поставив пакет между нами, он начинает расставлять передо мной еду.

— Мы не знали, что ты захочешь.

— Поэтому купили всего понемногу? – дразню я.

Он смеется.

— Почти, да.

Я беру хашбраун.

— Спасибо. Я умираю с голода.

— Это похмелье. Говорю тебе, то вино плохое, – ноет Морган и садится на кушетку, таща Мэтта следом за собой.

— Сколько я выпила? – спрашиваю я, доедая свой хашбраун.

— Бутылку и еще немного, – отвечает Оукли.

Морган цокает языком.

— Ты пыталась допить мою, прежде чем Оукли убедил тебя поехать домой. Скажи ему спасибо, что не позволил тебе уснуть в луже собственной рвоты.

— Он привез нас сюда, и Морган уложила тебя в кровать. Еда тоже была его идеей. Благослови господь его душу, – вставляет Мэтт.

Я тереблю рукава худи, в которое одета.

— Когда я надела это?

— Перед тем как мы уехали с вечеринки. Ты сказала мне, что замерзла. – Я смотрю на Оукли, его щеки еле заметно розовеют. Он смотрит мне в глаза, и мы сцепляемся взглядами. – Тебе идет. Оставь себе.

Я киваю и давлю расцветающее внутри счастье. Приложив невероятное усилие, я отвожу глаза от него и сосредотачиваюсь на телевизоре. На этот раз там показывают вчерашнюю игру «Ванкувер Варриорс».

— Этим ты занималась все утро? – спрашивает Морган с набитым ртом, так что ее слова еле слышно.

Все смотрят на меня, а я отвечаю:

— Нет, в основном я спала.

— Скажи, что ты хотя бы смотрела игру получше, чем эта. Вчера вечером ванкуверцы проиграли шесть – один, – говорит Оукли.

Мэтт втягивает воздух сквозь зубы.

— Ну это хотя бы только предсезон.

— Все равно, – ворчит Оукли.

Он протягивает мне бутылку апельсинового сока, и я без колебаний беру.

— Спасибо, – улыбаюсь я. – А эта игра, наверное, началась, пока я спала. Когда я пришла сюда, шло какое-то спортивное ток-шоу.

Это привлекает внимание Оукли. Его брови взлетают вверх.

— Какое шоу?

— «Маркус и Райан», Ава? Я с прошлого сезона пытаюсь заставить тебя посмотреть эту программу! Маркус такой горячий с этой своей аурой обросшего горца, – млеет Морган.

Мэтт хмурится:

— Тебе же не нравятся бороды.

— Может, они не нравятся мне только на тебе. Твоя челюсть слишком скульптурная, чтобы скрывать ее бородой.

— Мо, из-за тебя у меня появится комплекс.

— Как будто у тебя его еще нет.

Мы с Оукли переглядываемся с одинаково веселым выражением лиц, слушая пререкания парочки.

Он наклоняется ко мне, и я повторяю за ним, пока между нами почти не остается места.

— Что скажешь, если мы закончим завтрак, а потом ты позволишь мне отвезти тебя кое-куда? – произносит он низким и хриплым голосом.

Это возбуждает мое любопытство.

— Это будет секрет? Поэтому мы шепчемся?

— Ава, ты не та девушка, которую держат в секрете. Я просто подумал, что ты не захочешь, чтобы Морган заставляла тебя ехать со мной, если она услышит, как я спрашиваю.

Я чувствую, как теплеют щеки, и не могу остановить румянец. Этот парень продолжает находить каждый из моих стереотипов насчет хоккеистов и разбивает их голыми руками.

— Я это ценю, – признаю я. Он улыбается. – Моим единственным планом было валяться овощем в кровати, но, если у тебя есть идея получше, я согласна.

Его глаза озорно блестят.

— Вызов принят.