Книга Единственная повелителя орков, страница 84 – Елена Сергеева, Таша Тонева

Тааган нахмурился, его взгляд стал ощутимо тяжелым и налился смертоносной сталью.

Из тени за костром послышался тихий голос Орахара.

— Твоя избранница права, повелитель. Крови пролито с избытком. Духи жаждут не новой крови, а очищения. Они жаждут правды. Возмездие, основанное на лжи — это лишь новое зло. Справедливость, обнажившая ложь — вот что исцелит эту землю. Стань орудием не мести, а справедливости.

Тааган мрачно посмотрел в сторону шамана, потом на меня. В его взгляде была борьба, но последнее слово оставалось все же за разумом, а не за яростью. Ведь он не меньше меня хотел забыть тот ужас. Он прикрыл на мгновение веки, потом поднял их и медленно кивнул.

— Хорошо. Я доверюсь тебе. И духам. Завтра мы узнаем правду.

Через день мы подъехали к эльфийскому Кругу Истины. Я слышала про него, когда была эльфийкой, но еще никогда не видела воочию.

Это было древнее место силы эльфов — ровный круг из гладких серых менгиров, стоявших посреди поляны, которую мертвая зола леса, к счастью, не тронула. Камни излучали тихую, мощную вибрацию, от которой звенело в ушах.

По краям поляны выстроился отряд эльфов. В центре круга нас уже ждали.

Лаэрин стоял, бледный и собранный. Рядом с ним — мой отец, Тейрон. Он заметно постарел, его некогда гордая осанка ссутулилась, а во взгляде читалась раздражение и усталость. Я так давно не видела его. Забыла, потом вспомнила. Но сейчас в моем сердце не всколыхнулось ничего.

Я заглянула внутрь себя и поняла, что я даже о матери за эти пару дней, после полного восстановления моей памяти о прошлой жизни, не подумала. Вернее, я подумала. но только о том, что не хочу ее видеть.

Теплая родственная связь между нами давно разорвана, как и я отцом. И я не хочу ее восстанавливать. Ведь даже от старой знахарки. что нашла меня, я видела больше заботы и любви, чем от них.

Слишком больно. Может быть потом, когда меня немного отпустит мое прошлое.

И третий — Киртас. Он сохранял маску холодного уверенного спокойствия, но я видела, как нервно подрагивает его тонкий рот. Его глаза, цвета зимнего неба, скользнули по мне с едва заметным презрением, прежде чем устремиться на Таагана с открытой ненавистью.

— Мы слушаем, повелитель орков, — громко сказал Лаэрин, его голос был полон какой-то торжественности и силы. — Расскажи свою правду. Пусть священные камни станут свидетелями твоих слов.

Тааган сделал шаг вперед. Его мощная фигура казалась еще больше и массивнее на фоне высоких, но тонких эльфов.

— Я пришел сюда не за тем, чтобы оправдываться, — его голос гремел, отражаясь от каменного круга. — Я пришел рассказать, что случилось в тот день. Я нашел Риянэль умирающей на опушке леса. Она ждала меня. В ее глазах были ужас и боль. На ее губах — пена от яда. Она умерла на моих руках, прошептав мое имя. Это был ваш яд. Ваше предательство. И убийца тоже среди вас. Возмездие не настигло его.

Киртас лишь усмехнулся на эти слова — короткий, ядовитый звук.

— Выгодная версия для убийцы. У нас есть свидетель. Ты убил ее, а потом сжег ее тело. Мы нашли ее погребальный курган.

— Молчи, дядя, — резко оборвал его Лаэрин. Его взгляд был тверд. — Камни выслушают всех. Сейчас очередь Таагана. Кто может подтвердить твои слова? Есть еще свидетели?

— Есть!

Я вышла вперед. Все взгляды устремились на меня. Чувствовала, как быстро и взволнованно бьется мое сердце, но голос мой прозвучал громко и ясно.