Книга История "не"скромной синьоры, страница 97 – Юлия Зимина

Она перебрала остальные рисунки.

— А это Марта! Боги, какая красота… Эля, ты творишь настоящее волшебство. В этих линиях больше жизни, чем во всех парадных портретах, что висят в галереях дворца.

Она хвалила меня. Искренне. Без той приторной лести, которой обычно обмениваются светские львицы, и без снисходительности, с которой хвалят прислугу.

— Благодарю вас, — отозвалась я, чувствуя, как теплеют щёки.

— Всё готово, госпожа, — швея убрала ленту и защёлкнула саквояж.

— Можешь идти к экипажу, — кивнула ей Амалия.

Когда за швеёй закрылась дверь, я решилась. Подошла к комоду, открыла ящик и достала тот самый бархатный мешочек, который Амалия вручила мне после сдачи её портрета. Он был тяжёлым, полным золота.

Да, деньги мне были нужны как воздух. Каждая монета приближала тот день, когда этот дом станет моим. Но брать лишнее, чувствовать себя обязанной или, хуже того, давать повод для сплетен, что я наживаюсь на наивности богатой девушки… Нет. Это было не по мне.

Я подошла к столу, где Амалия всё ещё любовалась эскизами, и протянула ей мешочек.

— Леди Амалия.

Она подняла голову, улыбка ещё играла на её губах. Но стоило ей увидеть знакомый бархат в моей руке, как лицо дочери князя изменилось. Брови сошлись на переносице, а в глазах мелькнуло недовольство.

— Что это? — спросила она, хотя прекрасно знала ответ.

— Это лишнее, — твёрдо сказала я. — Здесь слишком много. Моя работа столько не стоит, даже с учётом срочности и сложности. Я взяла плату по самым высоким столичным расценкам, а остальное… прошу вас, заберите. Мне неловко принимать такие суммы.

Амалия медленно выпрямилась. В этот момент она вдруг стала очень похожа на своего отца — князя Лерея. В ней проснулась та властность, которая передаётся с кровью древнего рода. Она вскинула руку резким, рубящим жестом, заставляя меня замолчать на полуслове.

— Не нужно, — произнесла она тихо, но так, что у меня мурашки побежали по коже.

— Как не нужно? — растерялась я. — Но это неправильно! Я не могу…

Амалия тяжело вздохнула, и маска властности спала с неё так же быстро, как и появилась. Она отвернулась к окну, глядя на наш старый дуб. В комнате повисла тягостная тишина.

— Не нужно отказываться от моего подарка, Эля, — сказала она наконец, не оборачиваясь.

— Но…

— Я хотела дать больше, — она резко повернулась ко мне. — Гораздо больше! Но побоялась. Побоялась, что ты не возьмёшь. Потому что я уже успела понять, какая ты, — она шагнула ко мне. — Ты искренняя. Прямолинейная. Бесстрашная. Не лебезишь, не ищешь выгоды, ты готова вернуть золото, которое тебе так нужно, просто ради своей чести.

Я стояла в шоке, не зная, что ответить на такой поток комплиментов.

— Мне нравится общаться с тобой, — продолжала Амалия, и голос её дрогнул. — Мне легко рядом с тобой. Я хочу сделать для тебя что-то хорошее. Помочь. Позволишь?

Я молчала. Язык словно прилип к нёбу. Мой жизненный опыт кричал: «Бесплатный сыр только в мышеловке! Не бывает такой щедрости без подвоха!». Как отказать ей мягко, чтобы не обидеть, но и не попасть в зависимость?

— Ну вот видишь, — вздохнула Амалия, словно прочитав мои мысли. Плечи её поникли. — Ты не позволишь. Сама решила всего добиться, да? Никому не веришь.

Я всё ещё молчала, не в силах подобрать слова.