Книга Полный кошмар для архимага, страница 59 – Анастасия Гудкова

— У тебя слишком острый нюх, — обиделась Фифа, за которой и правда имелся такой грешок: подслушивала и подглядывала она абсолютно за всеми. — Можно было просто попросить.

— Тогда будь любезна, займись сегодня чем-нибудь на другом конце дворцового сада, хорошо? — подмигнул моему фамильяру Алан.

Фифа фыркнула, но удалилась, позволяя архимагу заключить меня в объятия и запечатлеть на моих губах чувственный поцелуй.

Мы поженились тихо и без шумного праздника. Как-то возвращались во дворец с приграничных территорий, где едва не потеряли друг друга. В один миг Алан вдруг свернул с привычного пути к небольшому храму, невесть как оказавшемуся в лесу.

— Помнишь, ты обещала, что станешь моей женой? — спросил он. — Я готов был ждать столько, сколько ты хочешь, но сегодня вдруг понял, что до безумия боюсь тебя потерять. И хочу, чтобы ты принадлежала мне также, как я принадлежу тебе. Это... не то, о чем ты мечтала. Но...

— Я мечтала о самом потрясающем мужчине королевства, — улыбнулась я, спрыгивая с лошади в подставленные руки Алана. — И ты слишком хорошо меня знаешь: я с ума сойду от необходимости провести целый день в тесном платье, фальшиво улыбаясь девицам, которые мечтают занять мое место.

— Мелисса, твое место никто занять не сможет, — покачал головой архимаг, увлекая меня за собой.

Мы привязали коней и оказались у ворот храма четырех стихий. Служителей здесь не было уже давно: на стенах бойко рос разноцветный плющ, а окна смотрели на мир сквозь многолетнюю пыль. Но это было неважно. Соединяют сердца отнюдь не люди, а те силы, которые даруют нам магию.

Дверь храма тихонько скрипнула, когда Алан потянул ее на себя. Внутри, вопреки ожиданиям, оказалось достаточно уютно. Несмотря на то, что пауки и птицы превратили храм четырех стихий в свой дом, в воздухе словно витало нечто такое, что дарило спокойствие и тепло.

Так чувствует себя путник, который после долгого отсутствия, наконец, оказался в родных стенах.

— Готова? — тихо спросил Алан, протягивая мне руку.

— Готова, — кивнула я, вкладывая в нее свою ладонь.

Мы медленно шли к алтарю, чудом сохранившемуся и почти не тронутому пылью. На каменных плитах были высечены изображения стихий: волна, воздушный вихрь, огненный всполох и робкий росток. Каждый шаг сопровождался легким дуновением теплого ветра.

— Ты знаешь, что нужно делать? — взволнованно спросила я, когда мы оказались прямо у алтаря. Выглядело это необычно: жених и невеста в дорожных плащах, грязные, с пятнами чужой и своей крови, но сияющие от счастья и переполняющих нас чувств. Вот только теперь нам предстояло как-то договориться с камнями.

— Я готовился, — гордо отозвался архимаг.

Я с трудом сдержала нервный смешок. Кто бы сомневался. Естественно, Алан не мог вот так запросто оказаться в заброшенном храме, да еще и с нужными для ритуала артефактами. Он задумал все еще тогда, когда мы только отправились на границу. И, откровенно говоря, я была этому рада. Потому что не знала, как признаться любимому мужчине, что до одури боюсь не замужества, а шумных торжеств. Особенно тех, где я в роли невесты.

Из дорожной сумки Алана появились два кольца. Простые, из гладкого золота, ведь по поверью обручальные кольца должны быть гладкими — тогда и семейная жизнь сложится. Я не очень верила в подобные вещи, но если для моего будущего супруга это важно, спорить я не стану.

— Надеюсь, ты не против... Я не удержался.

Тут только я заметила, что на внутренней стороне колец высечены слова: "Навсегда в моей жизни".

— Навсегда в моей жизни... - повторила я с улыбкой. — Это лучшее, что ты мог написать.

Алан кивнул, положил оба кольца в особую нишу на алтаре. А потом зазвучали слова заклинания, древнего, как весь человеческий род. Там было и о вечной любви, и о слиянии душ, и о клятве верности стихиям и друг другу, и о детях, которые примут силу своих предков и будут использовать ее разумно и правильно. Но главное — о том, что с этого самого мгновения я и Алан навеки становились связаны разумом, сердцами и всеми четырьмя стихиями.

Едва Гренрей произнес последнее слово, ниша с кольцами вспыхнула сначала алым, потом поочередно синим, серебристым и зеленым. Кольца взмыли в воздух, и Алан ловко ухватил то, что предназначалось мне, а после осторожно надел мне на палец. Я повторила все то же самое с его кольцом.

— Навсегда вместе, Мелисса...

— Навсегда вместе, Алан...

Храм сиял. На стенах, откуда ни возьмись, появились огненные всполохи, по камням побежали искрящиеся ярко-синие ручейки, а с крыши спустились цветущие лианы, колышущиеся от ветра. Догадаться было нетрудно: наш брак благословлен всеми четырьмя стихиями.

И ничто в этом мире больше не способно нас разлучить.