Книга ИльРиса. Обрести себя, страница 37 – Ольга Кобзева

— О чем это ты говоришь? — притворно нахмурилась я, не удержавшись от улыбки. — Ладно. Против обучения ничего не имею. Сегрей привлекает как раз тем, что в почтенном возрасте.

— Можно найти лиарию в наставницы, — предложил отец. — Правда это будет во много крат сложнее, — задумался он. — Но я попробую что-нибудь придумать.

— И правда, засиделась я что-то в Луидоре, загостилась.

— Ты не гостья тут, Иль, — мягко возразил отец. — Это и твой дом. Как видишь, Деризари здесь почти не живет, все время в разъездах, я тоже, дом почти все время стоит пустой. Ты можешь переезжать сюда в любой момент. Насовсем.

— Спасибо, папа. Я подумаю, — ответила, заранее зная, что вряд ли соглашусь.

— Она меня примет! — из прихожей раздавался визгливый голос, не узнать который было просто невозможно.

Первой мыслью, мелькнувшей, но, впрочем, и пропавшей тут же было спрятаться в своей комнате, чтобы Женефра, а это явно пришла она, до меня не добралась. Подавив трусливый порыв, шагнула навстречу несостоявшейся свекрови.

— Пропустите меня сейчас же! — бушевала лиария, стараясь преодолеть оборону Шеллиса, стоявшего насмерть. Вот уж где оценишь бабушкину изгородь, которая просто не пропустила бы скандалистку к дому. — ИльРиса, дочка, — увидела меня Женефра, простирая руки в мою сторону. — Как я рада тебя видеть!

Поморщилась, но Шеллису кивнула, чтобы пропустил. Ничего хорошего от разговора не жду, но и избегать ее не стану. Пусть говорит, зачем пришла и убирается!

Вместо приветствия кивнула. Начинать разговор первой… нет. Рейзенары мне неприятны сейчас все, оптом. А эта лиария и до вскрывшихся событий не слишком-то к себе располагала.

— Шеллис, оставьте нас с лиарией, прошу вас, — кивнула арису.

— Как скажете, лиария Туаро, — склонился он. — Прикажете подать чай и закуски?

— В этом нет необходимости, — отказалась. — Лиария не задержится надолго.

Женефра в ответ на эти слова поджала губы и нахмурилась, но промолчала. Надо заметить, и выглядела она сегодня совершенно необычно. Максимально скромное, закрытое томно-синее платье, волосы убраны в тугую прическу, никаких украшений, на лице не видно косметики. Будто на похороны пришла, — почему-то возникла ассоциация.

— ИльРиса, дочка, как жаль, что обряд не завершился! — трагично заявила она. — Ивис так переживает! Он не спал ни одной ночи с того дня! Не ест совсем, похудел так, что только красные опухшие глаза и видны, — она картинно поднесла платочек к сухим глазам и что-то там промокнула.

— Вы пришли говорить о сыне? — без тени улыбки спросила я. — Если так, прошу вас уйти.

— ИльРиса, ты не должна на него сердиться, мой мальчик…

— Лиария Туаро, — резко перебила я. — Обращайтесь ко мне лиария Туаро! Ваш мальчик меня не интересует. Он должен радоваться уже тому, что не угодил в застенки башни стражей.

— Ох, девочка, — наигранно расстроилась Женефра. — Я понимаю, как ты расстроена, только… дело молодое, все совершают ошибки.

— Ошибки? — изумилась я. — Это не ошибка, лиария Рейзенар. То, что сделал ваш сын — преступление! Повторю, у меня нет ни малейшего желания говорить о нем с вами или с кем бы то ни было. Если это все, мне пора, — и развернулась в сторону выхода, намереваясь позвать Шеллиса, чтобы он выставил наглую лиарию вон.