Онлайн книга «Путешествие в Древний Китай»
|
«О, времена, о, скорость! Шестьдесят километров за два дня с ночевкой — предел мечтаний. Я становлюсь занудой и циником», — с грустью констатировала попаданка, когда телеги остановились в лесу рядом с небольшой деревней. Охранники развели костер, приготовили пшеничную кашу с сухим мясом, и бивуак погрузился в темноту и тишину. Спать пришлось в повозке: сиденья откидывались к стенкам, и с трудом, но получилось прилечь на полу, согнув ноги. Хироюки, по настоянию Ниу, разместили в телеге, сняв с неё часть поклажи. Ни возмущение самурая, ни странные взгляды охраны воздействия на девушку не возымели: выздоровеете — и спите, где хотите, точка. * * * Зарождающийся день порадовал птичьими трелями, ржанием лошадей и затекшими частями тела. Последнюю проблему Ниу решила, заставив себя и Юна выполнить комплекс тай-чи, чем повергла караван в культурный шок. И только Хироюки и Сэтоши смотрели на них с непередаваемыми выражениями на лицах: они что-то понимали. Пока Баи разминались в сторонке, прогоняя онемение и сон, лагерь наполнился запахом чего-то вареного. Приближение гимнастов сразу вызвало вопросы присутствующих: — Что это было? Юн целомудренно опустил глаза долу, а Ниу более-менее правдиво рассказала, что этой гимнастике ее научил старый слуга в доме отца, много лет проведший в послушниках при монастыре где-то в Тибете. Парадоксально, но ей вроде поверили, хотя осуждение в глазах носильщиков-хань прослеживалось. «Все-таки хорошо, что она в вуали. А Юн отъестся, переоденется и его будет трудно узнать». По крайней мере, Ниу надеялась более с этими людьми не встречаться. * * * Говорят, что самая короткая дорога — та, которую знаешь. А еще: любая дорога кончается. Всё верно: после полудня показался Ханчжоу, и караван ускорился — все хотели домой. И только для брата и сестры Бай это означало приближение часа «ИКС». Ниу начала необъяснимо нервничать (ну, точно гормоны), Юн, видя её состояние, окна вообще закрыл наглухо, а Хироюки сочувственно молчал. Поэтому ни въезд в город, ни дорогу до дома самурая попаданка не увидела. * * * Повозка въехала во двор, прогромыхала по каменным плитам и остановилась. — Госпожа, выходите, — услышала Ниу голос Сэтоши. — Господин ушел проследить за разгрузкой товара, я провожу Вас в дом. Пожалуйста, — сделал парень приглашающий жест. Девушка выглянула из повозки, увидела зад лошади, а потом — скамейку, рядом с которой на земле стоял служка самурая и протягивал ей руку. Юн оказался быстрее: проскользнул ужом мимо неё, спрыгнул на плиты двора и велел: — Сестра, спускайся! Я помогу. Бай Ниу осторожно, опираясь на руку брата, вылезла из надоевшего до боли примитивного средства передвижения, при этом благодарственно кивнув Сэтоши, выпрямилась, вздохнула и огляделась. Прямо перед ней находились ступени в главное здание: двухэтажный особняк типично-китайской архитектуры с приподнятыми кверху углами черепичных крыш, опоясывающей дом по периметру галереей и решетчатыми окнами, закрытыми промасленной бумагой. Справа и слева — одноэтажные длинные постройки, похожие на те, что имелись в поместье Руо. На площадке перед домом разместились телеги, спешно освобождаемые от поклажи. Охранники уводили лошадей куда-то вглубь двора, за дом. Туда же перемещались и грузчики. |