Книга Путешествие в Древний Китай, страница 180 – Лора Лей

Гай пребывал в шоке, Ниу грустила и радовалась, а Тао утвердился в мысли, что его госпожа — фея, приносящая удачу.

Счастливый отец, смущающийся сын и удивленные члены гильдии убедили Ниу и Тао посетить Любек и погостить у Осборнов, пока Гай не привыкнет к родне и не примет семейный бизнес. Ниу не стала ломаться, и по дорогам Европы, через несколько стран отправилась к Северному морю. Хьюго Осборн был щедр, внимателен, достаточно лоялен к спасшим сына чужестранцам, и предоставил опустевший когда-то дом в их полное распоряжение.

Ма Тао от здешней Европы остался под большим впечатлением: если пройденные ранее страны по климату не сильно отличались от родины — по крайней мере, там было относительно тепло — то резкая смена сезонов, ветра и дожди, и главное — снег! — поразили и потрясли парня, можно сказать, до основания.

А были еще густые леса из хвойных и лиственных деревьев, многочисленные реки и озера, поля пшеницы и ржи, невиданные им овощи, коровы, лошади, овцы всех мастей, каменные города с необычными высокими храмами, украшенные цветными витражами, колокольный звон, очень громкая музыка, грубоватая на слух азиатов, и совместные танцы, открытые лица и декольте женщин, разнообразный цвет глаз и волос — ото всего этого Ма Тао пребывал в натуральном офигении и только смотрел и смотрел по сторонам. Спутники его не трогали, лишь слегка посмеивались добродушно.

Гай поначалу не знал, как вести себя с вновь обретенным отцом, но постепенно воспоминания, прежде старательно спрятанные подсознанием, обретали четкость, и к родному дому он подъехал, уже полностью приняв свою позабытую личность.

Ниу радовалась за друга и печалилась о своих близких. Путешественники отсутствовали уже почти три года, как там оставшиеся? Все ли в порядке? Иногда Ниу сожалела о своем поступке, но, глядя на счастливого Хьюго, возбужденного Тао и спокойного Гая, вспоминая умиротворенное лицо покойного Исмаила Аль-Хомейни, понимала — все правильно. Иначе всего случившегося не было бы, и счастья узнавания нового — тоже.

В Любеке Ниу впервые во второй жизни встретила Рождество и ностальгически вздохнула. Ма Тао нашел праздник забавным, катание с гор — опасным, но веселым, а девушек — слишком доступными.

Ниу предупредила соотечественника и подопечного:

— Ты для них — экзотика, так что будь осторожен! И принимай лекарства, которые я для тебя приготовила — не хватало еще заразу подцепить, здесь с этим просто.

Ма Тао предупреждению внял и переводил излишнюю энергию от сытой и размеренной жизни в тренировки и работу, которой Осборны ребят обеспечили. Экзотическое лечение пришлось многим тучным горожанам по сердцу и кошельку, и Гай открыл небольшую лечебницу, куда захаживали все желающие. Осборн — старший не противился увлечению сына, но настаивал на передаче дела его жизни Гаю.

Бай Ниу поддерживала его желание: без неё руководить лечебницей долго бывший раб не сможет — диагностику все-таки вела Ниу, Гай самостоятельно побаивался ставить диагноз, да еще и местные доктора развернули кампанию против необычных конкурентов.

Поэтому Ниу снова начала готовиться в дорогу: копить гонорары за лечение, обновлять одежду (в этот раз кроила сама, а сшивать отдавала купеческой прислуге), группировать записи (о, их было много: рецепты блюд и напитков, некоторых лекарств, способы обработки металлов и варки стекла, рисунки усовершенствованных ветряных мельниц и водяных колес, записи о травах и злаках, семена и прочее) и решать вопрос о возвращении на Ближний Восток: через Европу в Венецию или через Русь в Константинополь.