Книга Путешествие в Древний Китай, страница 105 – Лора Лей

* * *

Бай Ниу же с трудом сохраняла самообладание, когда хотелось орать и ругаться Одно дело — случайно прочитать в интернете или глянуть на фото различных отклонений в развитии человеческих тел, другое дело — увидеть воочую, да еще в мире, где уровень людской толерантности вряд ли высок настолько, чтобы спокойно реагировать на такие вот каверзы природы! Оставалось посочувствовать наложнице… Однако… Ниу нужно было попасть в знакомый гостиничный номер, выпить чего-нибудь крепкого и решить, что делать с полученными знаниями.

Хорошо, что Чжао Ливей был на месте! Ворвавшаяся в кабинет Ниу сходу потребовала крепкий алкоголь и, получив от обалдевшего ханьфу-мэна чашу с напитком, опрокинула ее в себя одним махом, выдохнула — слабовато! — и протянула посуду хозяину:

— Ещё!

Только после трех порций чего-то, похожего на сакэ, она села на диван и извинилась:

— Простите, господин Чжао! Мне срочно нужно было выпить!

И хозяин, и брат девушки недоумевающе переглянулись и уставились на Ниу.

— Я расскажу, только теперь мне бы закусить…

Без комментариев отельер вышел и через некоторое время принес из кухни соленые огурцы, нарезку из холодного мяса и птицы, заварил чай, а перед Юном поставил тарелку с мелкими печеньями. Попаданка, пододвинув к себе принесенную закуску, уставилась на стену и начала молча жевать мясо — кусок за куском.

Заговорила девушка, когда в окно стал проникать серый свет утра, а тарелка опустела. Мужчины почти дремали, когда она произнесла:

— Пусть Ваш следователь не торопиться, главное я уже знаю.

Бай Юн очнулся и спросил:

— Что ты видела, сестра?

Тут до отельера дошло, и он почти прошипел:

— Вы где были ночью, молодые люди? Вы что, следили за Чунтао? Сумасшедшие дети! Вы мне обещали быть осторожными! Бай Юн, как ты мог?

Парень пристыженно согнулся, а Ниу спокойно ответила:

— Это моя вина, господин Чжао, не ругайте брата. Простите! Но мы не могли ждать. И все-таки выяснили, чем можно зацепить Чунтао. То, что я скажу, может Вас шокировать, уж Юна-то точно. Но я буду откровенна, хоть подобное крайне цинично: я собираюсь использовать полученные знания против человека, и совесть меня не замучает. Приготовьтесь.

Оба парня кивнули, и Ниу начала говорить:

— В обществе действуют устоявшиеся нормы, порожденные традициями, в отношении человеческого поведения и внешности. Например, нормальный человек имеет две руки, две ноги, одну голову и так далее. И если кто-то либо не выглядит так, как положено, с точки зрения общества, например, слепые, глухие, воины-калеки или те же евнухи, это, чаще всего, вызывает у подавляющего большинства людей излишнее любопытство, переходящее в неприятие и даже осуждение. Думаю, вы понимаете, о чем я — слушатели кивнули.

— В основном обладающие «непохожестью», особенно, если она не очевидна окружающим, стараются ее прятать, внешне ведя себя максимально соответствующе принятым стандартам: с миром все равно приходится взаимодействовать … Однако, одно дело — сталкиваться с отношением к себе окружающих, другое — принять себя самому, внутренне.

Так вот, в если обществе такие субъекты, как правило, довольно хорошо маскируются, играют соответствующие роли, то наедине с собой, думаю, они не так спокойны и уверены. Собственное тело, скорее всего, они ненавидят, ну или, по крайней мере, его стесняются… Впрочем, большинство, так или иначе, смиряется и принимает и ситуацию, и себя такими, какие они есть или стали, и «встраиваются» в общество, даже обращая порой свои недостатки в достоинства. Сколько усилий они затрачивают, двигаясь по выбранному пути, я не берусь оценивать, потому как невозможно обычному человеку подобное в полной мере осознать и прочувствовать, но эти люди определенно заслуживают большого уважения за силу духа и способность противостоять обстоятельствам именно таким образом.