Книга Чары в стекле, страница 43 – Мэри Робинетт Коваль

— Обратно в дом, полагаю.

Поблагодарив хозяина, Джейн направилась в дом уже куда более спокойным шагом, недоумевая, как умудрилась разминуться с мужем: она ведь сидела на главной лестнице, сразу у входа. За время ее короткой беседы с месье Шастеном ветер усилился, и первые снежинки, предвестники той самой бури, коей грозили темные тучи, уже начали падать, так что Джейн снова ускорила шаг. В конце концов, могло статься так, что Винсент зашел в дом в тот самый момент, когда ее осенило идеей о призме – ведь тогда она почти ничего вокруг не видела.

Мысль о том, чтобы запечатать чары в стекло, не давала ей покоя, так что Джейн направилась в гостиную, надеясь застать Винсента там. Возле камина сидела мадам Шастен, занятая вышивкой, и Джейн пришлось вытерпеть несколько минут светской беседы. Все это время двор заметало снегом, и мысли Джейн кружились в голове таким же вихрем, как снежинки за окном, – столько возможностей сулило сделанное ею открытие. Ей то и дело приходилось заставлять себя прислушиваться к тому, что говорит мадам Шастен, – а та говорила о детях, о погоде, о грядущих званых ужинах, – в общем, обо всем, что совершенно не интересовало Джейн в данную минуту.

Она изо всех сил сдерживалась, чтобы не спросить у мадам Шастен, где в их городке можно найти стеклодувов, хотя ей нестерпимо хотелось начать эксперименты сейчас же. Но еще больше ей хотелось отыскать мужа.

Казалось, что в небесах кто-то распорол подушку и теперь тряс ею над двором: снег падал густой белой пеленой, не дававшей разглядеть даже соседние здания. В комнату вбежали Миетта с братьями: они хотели попросить у матушки разрешения поиграть на улице – и Джейн, воспользовавшись паузой, извинилась и отправилась к себе наверх. Она так и не поняла, каким образом умудрилась пропустить Винсента на лестнице, но, по крайней мере, сейчас можно было хотя бы записать свои соображения на бумаге, чтобы немного успокоиться. К тому же так она сможет взглянуть на идею со стороны и найти в ней вероятные огрехи.

Но Джейн отчего-то была уверена: их там нет. Теория выглядела стройной – а все остальное покажет практика.

Она открыла дверь в отведенные комнаты, дрожа от нетерпения, – и так и замерла, держась за ручку.

На кресле возле камина висело пальто Винсента, и снег, налипший на плечи, таял, стекая капельками. А сам Винсент стоял возле стола у окна, его мокрые волосы липли к голове, а высокий накрахмаленный воротничок обмяк, пропитавшись влагой.

— Кажется, снег в Бельгии несколько более сырой, чем в Англии, – проговорил он и убрал в ящик бюро какую-то бумагу, заперев его.

— Ты насквозь мокрый!

— Поверь мне, я и сам это прекрасно чувствую. – Винсент расстегнул манжет.

Джейн торопливо подошла ближе и принялась расстегивать пуговицы его сорочки.

— Где ты был? Я тебя обыскалась.

— В лаборатории. – Винсент поднес манжет ко рту и принялся сражаться с упрямой пуговицей зубами. – На обратном пути попал под снегопад.

Джейн взяла его за руку и расстегнула манжет сама. Пальцы у мужа были ледяными.

— Я только что там была, но месье Шастен сказал, что ты ушел обратно в дом.

— Я собирался вернуться, но немного задержался. – Винсент снял сорочку, обнажая широкие плечи и могучую грудь профессионального чароплета. – А зачем ты меня искала?