Книга Девушки с тёмными судьбами, страница 67 – И.В. Вудс

Призрак подкрался ближе и наклонился так близко к ней, что Эмберлин почувствовала его дыхание рядом со своим плечом.

Она крутанулась на месте, одновременно зажигая фонарь. Ослепительный луч света пронзил темноту, устремляясь к затаившей дыхание фигуре.

Она едва сдержала крик.

Юноша вскинул руки, закрывая лицо, и быстро, словно вспышка молнии, сорвался с места. Черный плащ развевался у него за спиной, пока он уносился в глубину коридора.

Решимость мгновенно охватила Эмберлин.

— Стой! – крикнула она и бросилась за ним в темноту.

Но фигура не замедлилась. Эмберлин следовала за ним по пятам, пока он несся по коридорам, неожиданно сворачивая за углы и выбирая запутанные маршруты. Эмберлин зарычала на бегу, щурясь, когда он исчез в темноте. Затем из-за угла выскользнул кусочек плаща, и она поняла, что все еще идет по следу.

Он с головокружительной скоростью скрылся в густых покровах ночи. Эмберлин продолжала преследовать призрака, уходя все дальше и глубже в театр, чем когда-либо прежде. Бешено колотящееся сердце словно подгоняло ее. Каблуки стучали по полу, и Эмберлин чувствовала, что ее ноги вот-вот сотрутся в кровь. Но ее это не волновало. Она лишь сильнее стискивала зубы, чтобы превозмочь боль. Эмберлин пробиралась мимо вешалок с театральными костюмами вдоль заброшенных коридоров, перепрыгивала через ящик с брошюрами, который призрак сбросил на пол, чтобы задержать ее.

Она влетела за ним в дверь, которую он пытался захлопнуть за собой, и услышала звон шагов по винтовой лестнице из кованого железа, уходящей в зияющую пасть тьмы.

Эмберлин заколебалась – всего на долю секунды, но этого с лихвой хватило, чтобы сбить ее со следа. Она подобрала юбки одной рукой и бросилась вниз по лестнице. Перескочив через последние несколько ступенек, она приземлилась в комнате, от вида которой у нее перехватило дыхание.

Она остановилась и подняла фонарь. Ее тело тут же заледенело.

Тысячи пар глаз смотрели на нее.

Марионетки. Гротескные марионетки с искривленными конечностями и ввалившимися лицами.

Эмберлин вскрикнула и бросилась вперед, сбивая кукол на пол. В ее глазах вспыхнула ярость непонимания.

— Посмотри на меня! – крикнула она в непроглядную тьму, простиравшуюся за пределами света ее фонаря. Ни ответа, ни эха шагов. Эмберлин сглотнула, чтобы прочистить горло от влажной липкости, витавшей в воздухе, и сосредоточилась. На нее был устремлен потусторонний взгляд. Груда камней словно давила на череп. Это заставляло ее чувствовать себя безумной. Дикой.

Он все еще был там. Все еще наблюдал за ней.

Эмберлин медленно прошла вглубь комнаты, напрягая зрение, чтобы разглядеть все и сразу, и прислушиваясь к чужим шагам. С каждым ее шагом свет фонаря открывал ей все больше пространства.

Она оказалась в заброшенном подвале, где хранился сценический реквизит. Здесь стояли ряды полок с потрескавшимися масками, рулонами и отрезами ткани; на напольных вешалках виднелись забытые, устаревшие костюмы из бархата и атласа, изъеденные молью. Краем глаза Эмберлин увидела валявшуюся на полу куклу-клоуна в натуральную величину и с бездонными мертвыми глазами. При виде этого сердце ее подпрыгнуло.

Множество столов были завалены вещами, которые когда-то приносили радость и вызывали слезы на глазах у зрителей театра; теперь они были забыты и заменены новыми и блестящими костюмами, хранившимися этажами выше. Гнетущий запах плесени и старых тряпок наполнял помещение, как нечто осязаемое, как что-то, по чему можно было провести пальцами. И от всего этого каждый судорожный вдох обжигал ее легкие.