Книга Девушки с тёмными судьбами, страница 166 – И.В. Вудс

Разрозненные образы проносились у нее в голове, собираясь воедино как раз вовремя, чтобы она успела их увидеть перед своей смертью. Словно незнакомка в толпе, она наблюдала за представлением давно забытых воспоминаний, которые, казалось, помогали ей погрузиться в вечное безмолвие.

Ее дом, окруженный струйками дыма из трубы на фоне сгущающегося сумеречного неба. Пустынная улица тихого городка, по которой с шуршанием пробегали хрустящие красные листья. Запах соли и звуки смеха в воздухе, когда она гуляла с друзьями, – их лица тоже постепенно прояснялись, – когда они отправлялись на пикник к морю, испытывая восторг, какой может предложить только молодость и свобода.

Ее спальня. Рыжий кот свернулся калачиком у нее на груди; его мех источал слегка землистый аромат, а ласковое мурлыканье отдавалось в ее груди.

Ее мама – с такими же рыжими, как у нее самой, волосами и голосом, похожим на шум океана, колышущегося под теплым ветерком, – лучезарно улыбалась, пока учила свою дочь исполнять пируэты. Ее отец, чья всклокоченная борода царапала щеку, кружил ее в воздухе, пока не закружилась голова, и смеялся, пока не кончилось дыхание.

Когда-то у нее была сестра. Флориса. Теперь она вспомнила и ее, и ее браслет на запястье, еще не подаренный Эмберлин. Она запустила яйцом во Флорису, чтобы выгнать ту из кухни, и от этого воспоминания Эмберлин охватило сестринское раздражение, которое хотелось бы ощутить снова.

Ее сердце разрывалось на части, пока она, находясь где-то в темноте, вспоминала о жизни, которую давным-давно потеряла. Она была уверена, что слышала, как оно разбилось, будто стекло в другом конце коридора, когда украденные Малкольмом воспоминания вернулись, чтобы напоследок предстать перед ней.

Ее семья. Ее друзья. Ее жизнь.

Но она не пыталась вырваться из окутавшего ее темного тумана. Потому что постепенно ее воспоминания сменялись новыми видениями.

Розалин свернулась калачиком в кресле, держа на руках ерзающий сверток. Алейда откинула голову назад и заливисто смеялась, играя со своими младшими братьями и сестрами. Мириам в нелепо огромной шляпе ехала в поезде, изрыгающем клубы дыма. Анушка стояла на площади Москрата и со слезами на глазах смотрела на величественный дворец с башнями. Ида на цыпочках проходила мимо шеренги детей в танцевальных костюмах, обучая их правильно вытягивать руки и тянуть носочки на ногах, в то время как женщина, с которой она танцевала на балу, прошедшем, казалось бы, целую вечность назад, наблюдала за ними. Джиа находилась в своем убежище, окруженная собаками с виляющими хвостами. Грейс вернулась на сцену, как на свою собственную, и ее свирепый взгляд завораживал публику, которая не могла ничего поделать, кроме как обожать ее.

Эмберлин вернула им все это. Давала им шанс воплотить в жизнь свои мечты. Она была эгоисткой, но теперь могла все исправить.

Не имело значения, что ее существование заканчивалось. Именно благодаря ей сестры могли вновь обрести жизнь, которую заслуживали, потому что их хозяин погибал в огне вместе с Эмберлин.

На самом деле это единственное имело значение. На самом деле именно это, прежде всего, и принесло покой сердцу Эмберлин, когда видения и воспоминания начали меркнуть.

Когда она почувствовала, что проваливается в темноту.