Книга Почему ты молчала?, страница 52 – Анна Шнайдер

Продолжая внутренне кипеть, Ксеня, надувшись, отвернулась.

Нет уж, она этого так не оставит.

В прошлый раз Ваня и беременность помогли ей остановить Якова. Значит, в этот раз поможет Паша — Ваня уже слишком вырос, — и с беременностью тоже надо подсуетиться. И родителей подключить, конечно, — пусть вправят Яше мозги.

Восемь лет назад это у них отлично получилось.

Яков

Он самому себе сейчас напоминал крепкое и упрямое дерево, которое год за годом остервенело грызли жуки-древоточцы — в итоге выели сердцевину, и дерево в одночасье упало, издав душераздирающий стон облегчения. Всё-таки когда тебя жрут изнутри — это утомляет.

И кстати, если уж сравнивать себя с деревьями, то он точно дуб.

Впрочем, обольщаться не следовало — рухнуть-то он рухнул, признав очевидное, а именно то, что пора разводиться, но Ксеня не согласна и молчать не станет. Попьёт она ещё его кровушки, точно попьёт. И не только его.

Думать о жене сейчас не хотелось — в любом случае он разберётся. Да, будет сложно, Ксеня наверняка станет цепляться за их давно прогнивший и разложившийся, как несвежий труп в реке, брак, но законы нашей страны неумолимы — разводят и без желания второго супруга. Главное, чтобы она в этот раз не забеременела, но такого уж точно не случится.

Лучше и гораздо приятнее было думать о Полине и Иришке. И Яков, высадив жену возле дома и отправившись в офис, погрузился в мысли именно о них, временно отставив в сторону проблемы своего будущего развода.

Медленно продвигаясь по московским пробкам к офису, Яков пытался рассуждать о том, по какой причине Полина не сообщила ему о дочери. Не настолько же он идиот, чтобы совсем ни в чём не разобраться? Хотя, возможно, всё-таки идиот, но он попробует.

Итак, причина первая, самая неправдоподобная, — месть. Полина обиделась и решила подобным образом показать ему дулю, наплевав на возможность получить помощь и заодно лишив дочери отца. Яков оценивал вероятность этого варианта как нулевую, но в уме всё-таки держал — просто на всякий случай.

Причина вторая — просто не захотела. А что, почему бы и нет? Они провели вместе всего одну ночь, он вернулся к жене — да, не совсем по своей воле, скорее принудительно, но тем не менее. Возможно, Полина просто не хотела ему ни о чём рассказывать, но главное — не желала его больше видеть. В принципе, он даже мог понять подобное — сам ведь все эти годы старался ничего не спрашивать про Полину у коллег, боялся сорваться, и так держался на одном честном слове и понимании, что своими порывами души он только запутает всё ещё сильнее. Решил остаться так решил, чего воду в ступе зря толочь? Ну или разводись с женой и сваливай подобру-поздорову! Да, надо было свалить, и если бы не его слепая уверенность, что он Полине не нужен…

Стоп.

Вот оно.

Вот почему она ему не сказала!

Конечно, месть и банальное «просто не захотела» — это не про Полю. Она была уверена, что не нужна ему. Он молчал две недели, а когда наконец подал признаки жизни, заявил, что остаётся с женой. Знала ли Полина в то время про свою беременность, неясно, но, даже если нет, в дальнейшем узнала и приняла решение, основываясь на том, что он ей сказал.

Яков представил себя на месте Полины. Мужчина, которого она хотела видеть рядом с собой, выбрал жену, объяснил, что собирается налаживать отношения. Признаться в собственной беременности — значило, по сути, разрушить эти его пресловутые отношения, испортить их навсегда. Скорее всего, Полина даже думала, что Яков практически сразу после того, как ушёл из кафе в тот день, начал жить с Ксеней припеваючи, помирился и простил. Она ведь не знала, что творилось в его душе все эти годы! Она думала, что не нужна ему. И не хотела уничтожать его брак своими признаниями.