Онлайн книга «Почему ты молчала?»
|
Яков едва не начал биться головой о руль, когда осознал всё это. Какой же он дебил, просто невероятный идиот! Ведь если бы он хотя бы раз за эти годы удосужился по-настоящему выяснить, как живёт Полина, а ещё лучше — встретился бы с ней и рассказал о себе, то узнал бы и о дочери. Сам виноват. Ему и расхлёбывать. Нет, больше никаких ошибок. Хватит плыть по течению, пора многое менять… И начать, естественно, следует с себя. 47 Яков Оставшиеся пачки сигарет он выкинул в урну возле офиса без всякой жалости. Курение Якову никогда не нравилось — по правде говоря, он сам не до конца понимал, по какой причине начал делать то, что было глубоко неприятно. Но разве это единственная его ошибка? Конечно, не единственная, и далеко не самая страшная. Зажигалку Яков оставил — мало ли, пригодится. А потом, вздохнув гораздо свободнее, чем даже пятью минутами ранее, вошёл в здание, по пути доставая мобильный телефон. Вот он — номер Полины. Был у него в памяти телефонной книги все эти годы. Никто не мешал написать и поинтересоваться, как дела… кроме его страхов и уверенности, что он ей только помешает. Да и угрызения совести никто не отменял — Якову до сих пор было не по себе, когда он вспоминал их единственную ночь, как он воспользовался открытостью и покорностью Полины, наобещал ей с три короба, а затем сбежал. Сообщение он набирал, поднимаясь в лифте на четвёртый этаж, где находился его кабинет, и решил быть кратким. «Поль, нам нужно поговорить. Могу я после работы подъехать к тебе?» Прочитала сообщение она практически сразу, но ответила минут через пятнадцать — и увидев этот ответ, Яков усмехнулся. «А домой тебе не надо? И вообще, кто Пашу из школы будет забирать?» Толстый намёк, ну конечно. У тебя собственная жизнь, чего ты в мою лезешь? Нет уж, хватит, им достаточно помыкали. «Сегодня Пашу будет забирать Оксана. Так что, я могу подъехать? В квартиру подниматься не стану, если не хочешь, давай поговорим на лавочке у подъезда». Вопрос про «домой не надо» Яков решил проигнорировать. Будем считать его риторическим. «А если я сегодня не могу? У меня, может, свидание». Скрипнув зубами, Яков ответил: «Тогда в другой день. Но если ты совсем-совсем не можешь, давай поговорим по телефону». Вновь молчание — уже не на пятнадцать минут, но на пять точно. Яков был уверен: Поля согласится. Это же Поля. Да и она задолжала ему разговор и наверняка прекрасно понимает это. И сопротивляется больше потому, что банально не хочет слышать упрёки и обвинения. Вот только упрекать и обвинять Яков не собирался. «Хорошо, подъезжай. К семи сможешь?» «Смогу». «Адрес подсказать?» «Не надо. Я помню, где ты живёшь, найду». «Тогда в семь буду ждать тебя на детской площадке». Вот и отлично. Отложив телефон, Яков обрадованно улыбнулся. Настроение неуклонно пошло в гору. 48 Полина Когда Яков написал, я уже вовсю сидела за работой, а мама кашеварила на кухне праздничный первосентябрьский обед. «Могу я после работы подъехать к тебе?» Увидев эту фразу на экране телефона, я сглотнула и, сорвавшись с места, помчалась туда, куда мчалась в любой непонятной ситуации, — к маме. — Ты чего бежишь как на пожар? — поинтересовалась она, когда я влетела на кухню, и сдула со лба прядь волос, что лезли в глаза, пока она рубила любимый Иришкин крабовый салат. |