Книга Опасная для Босса, страница 75 – Tommy Glub, Адалин Черно

Цепочка от Ники на шею — тонкая, серебряная, с маленьким камушком. Серьги — гвоздики с жемчугом, простые, элегантные. Браслет на запястье — тоже серебро, подарок от девочек на Новый год.

Смотрюсь в зеркало в полный рост.

Девушка в отражении выглядит... дорого. Уверенно. Красиво. Как будто она принадлежит этому миру — миру дорогих отелей, частных самолетов, деловых ужинов в лучших ресторанах.

Совсем не той, которая продает информацию о своем боссе его ревнивой невесте за тридцать сребреников.

Телефон вибрирует в очередной раз — настойчиво, требовательно. Новая серия сообщений:

"Ты игнорируешь меня?"

"Отвечай немедленно!"

"Я жду!"

Хватаю телефон, чувствуя, как злость поднимается волной, заливает все внутри. Набираю резко:

"Я собираюсь на ужин. Потом напишу отчет."

"Хорошо. Жду подробностей. И фото, если сможешь. Незаметно."

Фото?! Она хочет, чтобы я его фотографировала тайком, как папарацци?! Как сталкер?!

"Не смогу. Это будет слишком заметно. Он не идиот."

"Тогда хотя бы опиши все детально. С кем он сидит, о чем говорит, как смотрит на официанток, на женщин за соседними столиками. Следи за его телефоном — кто звонит, кто пишет. И если заметишь что-то подозрительное — сразу пиши мне. СРАЗУ ЖЕ."

Я смотрю на сообщение, и меня накрывает осознание — она параноик. Настоящий, клинический параноик с манией преследования. Она совсем ему не доверяет, проверяет каждый шаг, каждый вздох.

И я... я помогаю ей в этом безумии. Кормлю ее паранойю. Подливаю масла в огонь ее ревности.

Выключаю звук телефона — пусть вибрирует сколько хочет. Кладу его в сумочку — маленький черный клатч на цепочке. Достаточно. На сегодня хватит Лины, ее требований, ее безумия.

Смотрю на часы — без десяти восемь. Пора выходить.

Становлюсь перед дверью. Кладу руку на ручку — металл холодный под ладонью.

Делаю глубокий вдох. Воздух наполняет легкие. Выдох — медленный, через приоткрытые губы.

Держись от него подальше. Это работа. Деловой ужин. Ты — его ассистентка, не больше. Временная. Не позволяй ему подобраться слишком близко. Не смотри в его глаза слишком долго — там можно утонуть. Не думай о том, как его руки чувствовали себя на твоей коже. Не вспоминай его запах. Не...

Но все эти установки, данные себе в очередной раз, все эти мантры и заклинания — все разлетается в прах. Рассыпается в пыль. Сгорает дотла в ту секунду, когда я открываю дверь спальни.

Потому что он стоит в гостиной, спиной ко мне, и что-то читает на телефоне.

Черный костюм сидит идеально — подчеркивает широкие плечи, узкие бедра. Ткань дорогая, матовая, без единой складки. Белая рубашка — ослепительная, накрахмаленная. Ворот расстегнут — две верхние пуговицы, видно загорелую кожу, ямочку между ключицами. Волосы чуть влажные после душа, аккуратно уложены назад, но одна прядь упрямо падает на лоб.

На запястье — те самые часы Patek Philippe, которые я видела в ту первую ночь. Они поблескивают в свете ламп, напоминая о том, кто он. Никита Сорин. Миллиардер. Мой босс. Мужчина, которого я предаю.

И которого… люблю.

Он поворачивается, будто почувствовав мой взгляд.

И наши глаза встречаются.

И я забываю, как дышать. Просто забываю. Воздух застревает в горле, легкие горят.

Его взгляд темнеет — зрачки расширяются, поглощая радужку. Становится черным, бездонным, опасным. Скользит по мне — медленно, мучительно медленно. Как прикосновение. Как ласка.