Книга После развода. Шанс вне расписания, страница 50 – Марьяна Карпова

Увидела его застывшую у окна фигуру и сразу поняла — случилось что-то из разряда вон выходящее.

— Что?

— Сгорел склад. Наша мебель там.

Она опустилась на стул, как будто у неё подкосились ноги. Месяцы поисков, эскизов, согласований коту под хвост. Это же не просто вещи — это детали их общего пазла, который теперь навсегда будет с дырами.

— Страховка?

— Покрывает часть. Производство встало на неопределённый срок.

— Альтернативы?

— Есть. Дороже. Ждать дольше.

Она положила ладони на холодную столешницу. Внутри всё сжалось в комок. Казалось, возводишь стены, укрепляешь фундамент, а достаточно одного случайного огня за тысячи километров — и часть твоего мира обращается в пепел.

— Чёрт, — выдохнула она, и это было не ругательство, а констатация бессилия перед форс-мажором.

— Я решу, — сказал он, всё ещё глядя в окно. — Найду других мастеров, заплачу вдвое, ускорю доставку.

— Это не решит! — её голос сорвался и прозвучал несколько резче, чем она хотела. — Ты не понимаешь? Это знак. Знак того, что мы строим на пепле. Буквально. Всё, к чему прикасаемся, имеет свойство рассыпаться.

Он, наконец, обернулся. Его глаза были усталыми, но в них не было паники. В них была та самая железная решимость, которую она ненавидела и на которую невольно надеялась.

— Знаков не существует. Есть форс-мажоры. А с ними работают. Как с бракованным металлом или с налоговой проверкой. Ты хочешь сдаться из-за пожара?

— Я не хочу сдаваться! — она вскочила, и халат сполз с её плеча. — Я хочу, чтобы хоть что-то шло по плану! Хоть одна вещь в этой чёртовой жизни! Одна!

В её голосе, всегда таком контролируемом, прорвалось отчаяние. То самое, что она годами хоронила под слоем профессионального успеха и холодной отстранённости. Оно вырвалось наружу из-за сгоревшего бюро, потому что оно было с секретом, специально для Артёма…

Артём подошёл к ней, взял её за плечи, крепко, почти грубо, заставив смотреть на себя.

— Слушай меня. План — это иллюзия. У нас его никогда не было. Ни тогда, ни сейчас. Есть только процесс. Работа шаг за шагом. Да, горит. Тушим. Ищем замену. Продолжаем. Это единственный способ. Не строить на пепле. Разгребать его и класть новый кирпич. Поняла?

Она смотрела ему в глаза, и чувствовала, как Артём словно делится своей силой, уверенностью. Вероника кивнула, потому что говорить не могла. Он был прав. Он всегда был прав в этом — в умении не падать духом. Ранее это качество служило его амбициям, а теперь оно помогало им обоим справиться с любыми проблемами, вызовами.

— Хорошо, — прошептала она. — Разгребаем.

Артём отпустил её, и в его прикосновении вдруг появилась несвойственная нежность. Он провёл большим пальцем по её щеке, смахивая несуществующую слезу.

— Иди, одевайся. Через час у нас телеконференция с мебельщиками. Будем выбирать дерево для нового столика для тебя.

Они просидели над каталогами и чертежами шесть часов подряд. Спорили, искали компромиссы, находили неожиданные решения. Древесина оказалась лучше по качеству, а предложенный вариант дизайна нового столика изящнее. К концу дня Вероника поймала себя на мысли, что пожар, возможно, был к лучшему. Это был болезненный, дорогой, но апгрейд. Как и всё в их жизни сейчас.

Когда они закончили, уже смеркалось. Артём встал, потянулся, кости хрустнули.