Книга После развода. Шанс вне расписания, страница 45 – Марьяна Карпова

Он замолчал, вглядываясь в темноту за окном.

— Важно почувствовать, что она меня достала, что у неё есть власть и она может влиять на мою жизнь.

— Значит, в соглашении нужно дать ей эту иллюзию власти, но при этом осторожно загнать её в такие рамки, чтоб любое использование этой власти стало для неё самоубийственным. Например, ограничить её право на публичные комментарии ситуации, участие во всяких там ток-шой и прочей ерунде. Или пусть даст один комментарий, но заранее написанный нашими копирайтерами и согласованный с тобой, ну, я хотела сказать, с нами. Дай ей видимость свободы и власти, дай то, что удовлетворит её тщеславие, но не даст реальных рычагов.

Он слушал, и напряжение понемногу его. А ещё Вероника вновь и вновь удивляла Артёма, потому что она говорила на его языке — языке стратегии, слабых мест, управляемых переменных.

— Ты гений, — пробормотал он.

— Нет. Я просто знаю, каково это — быть на её месте. Хотеть причинить боль человеку, который тебя предал, и понимать, что единственная реальная победа — перестать тратить на это силы.

— Она не ты…

— Да, я — не она, но что-то мне подсказывает, Алёна будет действовать так, иначе бы она не пришла ко мне с теми фото.

Он взял её руку, поцеловал тыльную сторону ладони. Это было тоже признание. Признание, что они не только пара, но и блестящие партнёры, что нашли вместе элегантное решение сложной задачи.

— Завтра дашь указания Максиму, — сказала она, высвобождая руку. — А теперь — спи. Мне завтра с клиентом встречаться в девять.

Она ушла в свою комнату. Он остался один, но теперь он чувствовал, что не один — есть надёжный, крепкий тыл, есть человек, который никогда не предаст. Собственно он и был — Вероника — только он не разглядел, не понял, не оценил этого тогда и предал.

На следующий день, пока он и Максим воплощали задуманное, Вероника принимала в студии клиентку — молодую жену бизнесмена из новой волны, желавшую превратить свою новую квартиру в «шедевр, как у той дизайнерши, что с Волковым». Женщина была навязчива, капризна и падка на лесть.

И вот, в середине обсуждения цвета обивки, клиентка небрежно бросила:

— Знаете, я восхищаюсь вашей стойкостью. После всей той истории с его бывшей женой… Вы так держитесь! Мы с подругами думали, вы сломаетесь.

Вероника медленно подняла глаза, отрываясь от образцов.

— Я не понимаю, о чём вы.

— Ну, эта история с домом в Италии! Алёна Игоревна всем рассказывает, сколько Волков ей должен. Говорит, вы теперь на осадном положении.

Вероника отложила образцы. Улыбка не сходила с её лица, но в её глазах засверкали лёд и пламя.

— Дарья Дмитриевна, я ценю ваше участие, но мой профессиональный принцип — не смешивать работу с частными вопросами. Моими и моих заказчиков. Если вас интересуют сплетни, рекомендую светские журналы. Если интерьер — давайте вернёмся к выбору карнизов. Или, — она сделала паузу, — я могу порекомендовать вам другого дизайнера. Менее «осаждённого».

Клиентка покраснела, засуетилась.

— Нет-нет, конечно, простите! Я просто…

Но Вероника уже приняла решение. Она провела встречу безупречно, как ни в чём не бывало, а когда клиентка ушла, она вызвала к себе Катю.

— Откажись от этого проекта. Вежливо, сославшись на загруженность. Верни предоплату. Полностью.