Книга Няня для своей дочери. Я тебя верну, страница 96 – Саяна Горская

Он наклоняется к дочери…

К моей дочери.

Поправляет ей шарф, что-то говорит, и Анюта тут же запрокидывает голову, смеётся ещё звонче.

Самая обычная картина на свете.

Мужчина и ребёнок. Папа и дочка.

И от этого зрелища меня разрывает пополам.

Потому что ещё вчера я бы смотрела на них с теплом. С завистью, может быть. С нежностью. А сейчас не знаю, что чувствую. Ужас. Ярость. Боль. Неверие. Всё сразу. И где-то под всем этим — дикое, первобытное желание рвануть вперёд, схватить Анюту на руки и никому больше не отдавать.

— Не надо, — тихо говорит Элла, будто слышит этот безумный порыв в моей голове.

— Что?

— Не ходи сейчас. Не дай ему увидеть тебя такой, — шепчет она. — Иначе проиграешь ещё до того, как поймёшь правила игры.

Тяжело дышу.

В кои-то веки Элла не выглядит победительницей. Не выглядит женщиной, которая наслаждается тем, что выбила у меня почву из-под ног. Она выглядит… обречённой. Почти больной. Как человек, который слишком хорошо знает цену ошибки.

Но могу ли я ей верить?

Могу ли не верить?

Андрей поднимает голову, будто чувствует взгляд. Смотрит в сторону зимнего сада, и даже сквозь расстояние, снег и мутное стекло мне кажется, что он ищет именно меня.

Отшатываюсь резко от окна.

Нет.

Не сейчас.

Я не могу выйти к нему сейчас.

— Если ты солгала мне… — поворачиваюсь к Элле.

— Тогда у тебя будет ещё один повод меня возненавидеть.

— Поводов мне и так достаточно.

Вылетаю из зимнего сада.

Тихо вхожу в дом с террасы. Из гостиной доносится смех Анюты и голос Андрея, но я не спешу туда. Я не знаю пока, как мне смотреть в глаза этому человеку.

Сдерживая рыдания, что просятся наружу, поднимаюсь по лестнице вверх.

Я не верю Элле до конца, хотя, признаться честно, вся её история подозрительно похожа на правду и идеально ложится на мои собственные мысли и догадки.

Но как принять это? Как заставить себя возненавидеть мужчину, к которому так отчаянно тянется моя душа?

Я знаю лишь одно — в этом доме оставаться нельзя. Мне нужно заняться сбором доказательств. Собрать информацию и уже с ней идти в полицию, чтобы меня не засмеяли и не дали пинка под зад. Ведь кто станет прислушиваться к голословным обвинениям простой няни, основанным на собственных травмах и маминой исповеди, когда на другой чаше весов богатый, влиятельный и уважаемый мужчина. Достойный, мать его, член общества.

Моя девочка…

Больше всего сейчас мне хочется схватить её в охапку и бежать, не разбирая дороги, чтобы оказаться как можно дальше от этого проклятого места. Но бежать мне некуда.

Кармическая ловушка.

С тошнотворной ясностью вдруг понимаю, что невольно отыграла сценарий, разыгранный однажды мамой. За спиной не свобода, а пропасть. Я оказалась в лапах мужчины, уйти от которого будет не так-то просто.

Да и не могу я уйти одна.

Только вместе с дочерью.

Иначе всё это вообще не имеет смысла.

Но пока…

Из-под кровати достаю свой чемодан, опустошаю шкаф, быстро снимаю с плечиков одежду. Швыряю всё без разбора, чтобы не дать себе ни единой возможности передумать. Во мне и так чертовски мало решимости, и даже секунда промедления может стоить мне той крупицы уверенности в собственных силах, что есть сейчас.

Я держусь на последней нервной клетке. Она уже натянута до предела, и если я позволю себе замедлиться, то либо сяду прямо здесь, среди платьев и пустых вешалок, и буду выть, либо побегу вниз к Андрею, как последняя дура, чтобы отыскать в его тёмных глазах опровержение тому, что успела услышать.