Книга Одержимость Тамерлана, страница 35 – Элена Макнамара, Яра Северная

— И это тоже.

Стягиваю трусики. Стою перед ним полностью обнажённая, уязвимая, но странным образом не стыдно. Потому что то, как он смотрит с голодом, восхищением, обожанием заставляет чувствовать себя богиней.

— Иди на кровать, — говорит он хрипло.

Иду. Ложусь на спину. Жду.

Он стягивает футболку через голову. Торс обнажается — мускулистый, со шрамами, загорелый.

Расстёгивает джинсы, стягивает их вместе с бельём.

И вот он передо мной. Голый. Возбуждённый. Мощный.

Подходит к кровати, встаёт на колени между моих ног. Руки скользят по моим лодыжкам, икрам, бёдрам. Раздвигает ноги шире.

— Не закрывай глаза, — говорит он. — Смотри на меня.

Киваю, не в силах говорить.

Он наклоняется, Целует — внутреннюю сторону бедра. Потом выше. Ещё выше. Дыхание

горячее на коже. Я выгибаюсь, хватаюсь за простыни.

Его язык касается — там, где я мокрая и готовая. Я вскрикиваю, пытаюсь сдвинуть ноги, но он держит крепко.

— Не смей, — рычит он. — Лежи и принимай.

И язык снова — кружит, проникает, дразнит. Пальцы присоединяются, скользят внутрь. Два сразу. Движутся быстро, находят ту точку, от которой искры перед глазами.

Тамерлан! — задыхаюсь я. — Я не могу... слишком...

— Можешь. Кончай.

И я кончаю — резко, сильно, выгибаясь дугой. Кричу его имя так громко, что, наверное, слышно в доме. Но мне всё равно.

Он поднимается, нависает надо мной. Член упирается в вою плоть.

Готова? — спрашивает он.

Да, — выдыхаю я.

Скажи, чего хочешь.

Хочу тебя. Внутри. Сейчас.

Он усмехается.

Хорошая девочка.

И входит — одним резким толчком. До упора.

Я вскрикиваю — он большой, растягивает, заполняет полностью. На грани боли и удовольствия.

Он замирает, даёт привыкнуть. Целует — шею, ключицы, губы.

— Дыши, — шепчет он. — Расслабься.

Дышу. Тело постепенно принимает его. Боль отступает, остаётся только чувство наполненности.

Лучше? — спрашивает он.

Да.

Тогда держись.

И начинает двигаться. Сначала медленно — вперёд-назад, глубоко, размеренно. Потом

быстрее. Жёстче. Безжалостно.

Каждый толчок заставляет кровать скрипеть. Я хватаюсь за его плечи, царапаю ногтями.

Обхватываю ногами его талию, притягиваю глубже.

— Вот так, — рычит он. — Хорошая. Моя хорошая девочка.

Его слова, движения, запах — всё смешивается. Я чувствую, как снова нарастает напряжение.

Ещё один оргазм приближается.

— Тамерлан, я снова...

Жди меня, — приказывает он. — Кончим вместе.

Он ускоряется, движения становятся рваными, неровными. Рука скользит между нами, пальцы находят клитор, надавливают.

И всё.

Взрываюсь. Кричу. Сжимаюсь вокруг него так сильно, что он стонет, вжимается до конца и замирает. Чувствую, как он пульсирует внутри, наполняет меня теплом.

Падает рядом, тяжело дышит. Я тоже не могу отдышаться. Сердце колотится как бешеное.

Лежим так — рядом, не касаясь, каждый приходит в себя.

Потом он поворачивается на бок, притягивает меня к себе. Обнимает крепко, прижимает спиной к своей груди. Накрывает нас тонким одеялом.

Спи, — шепчет он в мои волосы. Рано ещё. Тогда просто лежи. Рядом со мной.

Молчу. Слушаю, как бьётся его сердце — мерно, спокойно. Чувствую тепло его тела, запах мускусный, мужской, мой.

И вдруг вспоминаю.

Тамерлан?

M?

Мы же... без презерватива.

Да.

Просто «да»?

Почему?

Забыл. Увлёкся.

Переворачиваюсь, смотрю на него. Забыл? Серьёзно?