Книга Шёпот судьбы, страница 145 – Кэтрин Коулc

Выражение лица Холта наполнилось такой нежностью, что у меня сжалось сердце.

— Ладно.

— Теперь кто превращается в Роана с односложными предложениями?

Он усмехнулся, а затем медленно поцеловал, изливая всю эту нежность мне в душу. Клянусь, в этом соприкосновении губ и языков я почувствовала его любовь.

Я отстранилась, затаив дыхание.

— Беру свои слова назад. Ты можешь общаться и без слов.

Холт обхватил мое лицо руками, прикосновения шершавых подушечек его пальцев действовали на меня успокаивающе.

— Я подумал, что мы могли бы построить здесь дом. Наш дом.

Мои глаза расширились.

— Эта земля даже не продается.

Он пожал плечами.

— Я поговорил с владельцем. Сделал предложение, от которого он не смог отказаться. Теперь мы владеем землей отсюда и до озера. Можно оставить хижину для гостей или устроить там лодочный сарай. Но я хочу жить с тобой. С тобой и детьми. Исполнить все наши мечты. И я хочу, чтобы мы построили дом с нуля. Вместе.

Из моих глаз полились слезы.

— Холт.

Он ухмыльнулся.

— Это «да»? Ты со мной?

Я обняла его.

— Я с тобой.

РЭН

ДВА МЕСЯЦА СПУСТЯ

Холт расстелил покрывало над местом, которое я считала нашим. За эти годы их у нас было много. Убежища на земле его родителей. Массивное, мягкое кресло в доме, в котором я выросла. Пристань, на которой мы пропадали часами, когда позволяла погода.

Но это было моим любимым. Возможно, из-за прежних моментов и мест. Возможно, потому что здесь мы строили свою жизнь.

Холт взял корзину для пикника и жестом пригласил меня сесть.

Тень промчалась по покрывалу и скрылась в поле. Я с ухмылкой опустилась вниз, во мне поднялось чувство предвкушения — и, возможно, здоровая доза нервозности.

Холт ухмыльнулся.

— Ты же знаешь, мы можем изменить все, что нам не нравится.

— Знаю. Но мы обсуждали это с архитекторами снова и снова. Надеюсь, это будет беспроигрышный вариант. Чем больше мы поменяем, тем больше времени нам потребуется, чтобы заселиться в наш дом.

Он наклонился и коснулся губами моих губ.

— Согласен. Но лучше сделать все правильно и не торопиться.

— Почему ты всегда делаешь такие хорошие замечания, когда дело доходит до дома? — проворчала я.

Холт усмехнулся. За последние два месяца звук изменился. Стал легче. Свободнее.

— Не надо из-за этого так раздражаться.

— Ничего не могу с собой поделать. Меня раздражает, когда ты прав, а я нет.

Он сжал губы, чтобы не рассмеяться.

— Это из-за «Газетной бумаги», да?

— Фотографии на ней выглядит чертовски хорошо!

Холт рассмеялся, притянув меня к себе на колени и крепко поцеловав.

— Обещаю ошибиться как минимум пять раз, пока мы строим дом.

Я ухмыльнулась ему в губы.

— Это было бы по-джентльменски.

— А ты знаешь, что я джентльмен.

От хрипотцы в его голосе внизу живота появился жар.

— Пожалуйста, ради всего святого, не говори сейчас таким тоном.

— Каким тоном? — невинно спросил Холт, но его глаза дьявольски блестели.

Я ущипнула его за бок.

— Ты знаешь, каким, который вызывает во мне желание наброситься на тебя, и если нас арестуют за непристойное поведение, пройдет очень много времени, прежде чем мы закончим с планами на дом.

Холт вздохнул.

— Ладно. Планы на дом сейчас, секс позже.

Мой живот сжался от обещания в его словах.

— Спасибо.

Холт усадил меня к себе на колени, но взял цилиндрический футляр с архитектурными чертежами. Осторожно развернул их перед нами. Нужно было просмотреть стопку бумаг, но от первой страницы у меня перехватило дыхание.