Книга Жена тёмного бога, страница 128 – Элис Айт

Он пожевал губу и серьезно ответил:

— Себя.

Я помолчала.

— Ты ведь никогда раньше не делал ничего подобного сегодняшнему?

— Нет. Не уверен, что выживу, если придется еще раз.

Опустив взгляд, я принялась ласково перебирать его мозолистые от оружия пальцы.

— Тогда больше не делай. У любых чудес есть пределы, у каждой истории есть финал. Элай стал королем, ты все свои обещания и ему, и мне выполнил, истинный виновник гибели моей семьи по заслугам получил. Пусть за тебя дальше отдувается кто-нибудь другой. Нам с тобой лучше вернуться в Тайез и отдыхать.

— Звучит соблазнительно, но коронация Элая еще не значит, что он получил власть над Сенавией. Пока это не произойдет…

— …ты будешь изобретать новые отговорки, – перебила я. – У королей никогда не заканчиваются проблемы, на то они и короли.

— Хашим жив. Он слишком опасный противник, чтобы оставлять его за спиной. Аристократию можно перекупить, сманить к себе обещаниями, но главная сила – это армия, а она пока на стороне первого принца. Элай талантлив. Я потому его и выбрал, что он способен справляться и без меня, но если бросить его сейчас, то Хашим от всех наших совместных достижений камня на камне не оставит. И ты сама все это знаешь, – упрекнул он.

Я опять потупилась.

Да, знаю.

— У меня чуть у самой сердце не остановилось, когда ты упал без сознания, залитый кровью, и еле дышал, – прошептала я. – А если бы ты действительно погиб сегодня? Ты сказал королю, что уже ничего не изменится, даже если он тебя убьет. Так может, правда пора отдать вожжи кому-нибудь другому?

— Я соврал, – признался Аштар. – Пытался напугать Гассара, чтобы он не упорствовал. Наши сегодняшние потери невелики, но, если бы он мирно передал корону Элаю и отдал страже приказ не сопротивляться, их бы не было вообще. Каждый берзанец из тех, кто отправился за мной в Тайез, с радостью за меня погибнет, только я бы предпочел, чтобы все остались живы. После двух веков притеснения драконов нас и так осталось слишком мало, а из мореходов мы превратились в каких-то кротов.

И не стоило забывать о том, что на нас еще идет многотысячная армия, с которой в случае чего придется сражаться именно темным эльфам, как самым подготовленным и преданным бойцам. Вряд ли можно было полагаться на традиционалистов и гашишшинов. Особенно на последних. Верность ордена слишком легко приобреталась за деньги.

Я неохотно кивнула, понимая, что Аштар, как всегда, прав.

— Мне хочется, чтобы ты помнил об одной вещи, – тихо сказала я, глядя в его серые глаза, яркие даже в темную ночь. – Аннатэ и Тахат успели прожить вместе целые века и родить множество детей, прежде чем разделились и Тахат отдал свое бессмертие ради того, чтобы могли жить дроу. У нас с тобой не было и месяца.

— Не волнуйся. Я стараюсь сделать так, чтобы у нас тоже была еще вся жизнь впереди, – заверил он.

Но в глазах его, вопреки словам, падал такой же пепел, как и во время нашей первой встречи.

Следующие три дня прошли в суматохе. Я не спала, не успевала поесть и путалась в новых лицах, которые предстояло запомнить, но умудрялась находить в этом покой. Пока голова была до предела занята срочной насущной работой, в ней не оставалось места для пугающих мыслей о будущем.

Элай и Аштар выбрали примерно такую же тактику, как и в Тайезе. Мы не могли быстро завоевать доверие аристократии, но могли обеспечить послушание. Одним новый король заливал в уши мед, обещая взаимное процветание и звенящую золотом выгоду, а другим, чересчур ярым сторонникам Хашима и Гассара, продемонстрировали «искреннюю заботу» гашишшинов об их семействах. Пока наемные убийцы за ними присматривали, мы могли не опасаться ножа в спину с этой стороны.