Книга Демонхаус, страница 244 – Софи Баунт

— Успокойся, дорогуша, Лари я нашел, когда тебя искал. Просто не захотел наведываться в его дурдом. Оставил эту привилегию тебе. Иди за мной.

Алая луна вдруг вспыхивает, точно огненный шар, и лабиринт наполняется очень плотным красным туманом – он невыносимо смердит кровью и быстрыми потоками тянется к светилу. Я чувствую головокружение, хватаюсь рукой за выступающий камень, но пальцы соскальзывают, словно из-за густого тумана на стенах оседает слизь, и зарываются в заросли плюща. Ладонь обжигает. Длинные извивающиеся стебли растения вызывают жжение, как от крапивы.

Макс берет меня за предплечья, не позволяя рухнуть на пол без сил, и произносит:

— Vicissim fluxus…

Его светло-карие радужки и рунические татуировки на груди еще сильнее вспыхивают золотым светом.

— Все пучком? – уточняет он, трогая мой лоб.

— Что это было?

— Сбор урожая, – хихикает колдун. – Энергия душ, которую демон высасывает из жертв, когда они бьются в истерике от ужаса. Я, кстати, сначала не догнал, а затем как догнал! Он возвращает всех в детство, потому что в детстве наши страхи ярче, а эмоции сильнее. Гениально, да?

Я прочищаю горло, удивляясь восхищению Керолиди, потом замечаю силуэт за углом, но он вмиг испаряется.

— Как думаешь, мы в лабиринте одни бродим?

— Кто знает, – пожимает плечами Макс. – Из кошмара выбраться сложно, но реально. Только вот… что делать потом? Куда бежать?

— В лес.

Я оборачиваюсь и упираюсь взглядом в стены. Но когда мы стояли на возвышенности, за лабиринтом можно было видеть лесной массив.

Макс издает ироничное «ха!».

— Это лес потерянных, – таинственно шелестит он, размахивая мозолистыми пальцами у моего лица. – Хрен ты выберешься оттуда. О, а я чего хотел спросить! Твой кошмар… это правда или фантазия?

— Ну… всякое случалось, – бормочу я, потирая пальцы, которые припекает после встречи с ядовитым плющом. – Отец был очень изобретателен, когда придумывал наказания.

Макс сочувственно хлопает меня по плечу.

— Тяжко тебе пришлось. Ясно, чего ты такой нервный…

— Слушай, спасибо тебе, – искренне благодарю я, опустив плечи. – За то, что пришел на помощь.

— Ты один из нас. Как бы я тебя бросил? – Он весело подталкивает меня локтем. – И между прочим, я дружил с твоим дедом.

— Вы с ним и Висой были в одном ковене, верно?

— Ага, твой дед был крутым мужиком, – вспоминает Макс, уважительно поджимая губы. – Через него я, кстати, в ковен и попал. До этого слонялся без дела десятилетиями, постигал магические и… всякие там травяные науки, а как встретил Крамского, так начал на общее дело пахать: мы столько охренительных заклинаний вместе создали, столько дел провернули, ух! Ритуал у нас, правда, при вступлении в ковен был идиотский, надо было жмурика на кладбище откопать и оживить, ну, зомбака создать, понял? Молодняку помогали это сделать, но потом зомбак, бывало, сжирал колдунят. Я вообще целую поляну случайно оживил, и мы еле уложили это стадо обратно в могилки.

— И это придумал мой дед? Оживлять трупы, чтобы вступить в какой-то дебильный мужской клуб психопатов?

— Если бы ритуал вступления придумывал Сашка, то все вступали бы только в гроб. У тебя жесткий дед. Ему этих зомбаков уложить одной левой было, как в дерево харкнуть, так что он бы такую легкотню не придумал, он бы для новобранцев сообразил что-нибудь типа: спустись в ад и добудь кусочек Люцифера.