Книга Это по любви, страница 4 – Рина Райт

— Спасибо, не надо, — резко перебиваю её, не дав дочитать весь список претендентов. — Мне правда нужно хоть немного времени. Я не могу вот так, без подготовки, без… — Я замолкаю, теряя слова, и Катя тяжело вздыхает, будто смиряется с тем, что со мной всегда что-то не так.

— Ладно, я помогу, — говорит она, и прежде чем я успеваю сообразить, берёт меня под локоть и уверенно ведёт сквозь толпу к двум мужчинам среднего возраста. Внутри всё переворачивается. Я чувствую себя неловко, но сопротивляться не решаюсь.

— Привет! — с лёгкой улыбкой Катя берёт инициативу в свои руки. — Я и моя подруга не прочь познакомиться с новыми людьми. А вы как?

Вот так просто? Она говорит такие слова, будто мы на обычной дружеской вечеринке, а не в аквариуме среди акул. Мне хочется провалиться сквозь пол, исчезнуть или хотя бы стать невидимкой.

Мужчины легко идут на контакт, бросают друг другу снисходительные взгляды, лениво осматривают наши лица и фигуры, будто выбирают товар на вечер, а не людей для знакомства. Они называют свои имена — но я даже не пытаюсь их запомнить. Мне хочется, чтобы земля разверзлась под ногами и просто поглотила меня.

Катя, будто не замечает моего смущения, а может, просто игнорирует его, продолжает бодро и уверенно:

— Моя подруга, кстати, учится на юрфаке, сама за себя платит, работает на двух работах!

Она выстреливает моими достижениями, как из пушки, выставляя их на витрину, хотя каждый из них для меня — больше усталость и страх, чем гордость. Я краснею, ловлю на себе оценивающий взгляд седовласого мужчины — он скользит по мне, задерживается на вырезе платья чуть дольше, чем хотелось бы.

— Какая целеустремлённая, — медленно улыбается он, разглядывая меня не без удовольствия. — И как же зовут вашу прелестную подругу?

Я сглатываю неловко, задыхаюсь от избытка внимания и быстро отвечаю:

— Ника.

Шампанское внезапно кажется приторно-кислым, и даже пузырьки на языке только усиливают внутреннее напряжение.

— Приятно познакомиться, Ника, — мужчина протягивает руку вежливо, но в его интонации скользит интонация усталого пресыщения. — Вас угостить коктейлем? Я знаю, что может вам понравиться.

Катя незаметно подталкивает меня вперёд локтем, подбадривая и подгоняя. Я замираю, едва не роняя клатч, а потом, отчаянно мечтая сбежать, быстро придумываю повод:

— Если честно, мне бы сперва в дамскую комнату, — спешу уклониться, вырываясь на свободу из его взгляда и внимания.

Катя закатывает глаза, а Олег, чуть потеряв интерес, всё-таки кивает:

— Конечно. Если что — я у бара, — произносит он и отпускает меня с лёгкой полуулыбкой.

Я спешу отойти, наконец вырвавшись из этого неловкого круга, и чувствую, что дышать стало легче, но досада на саму себя никуда не делась.

Сердце стучит где-то в горле, щеки горят от унижения и злости. Я петляю по залу, старательно делая вид, что любуюсь инсталляциями из живых цветов — огромные букеты, воздушные конструкции, переливы света на лепестках. Но на самом деле мне хочется превратиться в ту самую шаровую молнию и исчезнуть отсюда навсегда.

Катя тут же настигает меня. Её лицо тревожно-рассерженное, а голос звучит прямо у уха, чуть громче свиста бокалов:

— Ник, ну ты чего опять? — раздражение проскакивает сквозь заботу. — Это был твой шанс завести нужное знакомство! Ты забыла, ради чего мы сюда пришли?