Книга Когда в июне замерзла Влтава, страница 92 – Алексей Котейко

— Я же говорил — у англичан был случай… — начал было Максим, но тут с колокольни Святого Якуба понёсся тревожный перезвон, который знали и которого боялись все в городе. И не только в Праге, но и в любом городе мира и, пожалуй, в любую эпоху.

— Пожар? — Войтех удивлённо поднял голову. Собравшиеся у кафедры мясники, и выступавший перед ними священник, тоже растерянно глядели вверх. Снаружи город уже полнился перезвоном других церквей, а Святой Якуб вдруг замолчал. Прошло несколько минут, пока на хорах, наконец, появилась смутно различимая в темноте фигурка, и голос — не старый ещё и не скрытый чарами — завопил на весь неф:

— Пожар! Пожар! Дом старшины Шилгана горит!

— Вот тебе, бабушка, и Юрьев день, — пробормотал Максим.

— Какой Юрьев день? — Иржи потянул приятеля за рукав. — Они же сейчас кинутся сюда! Ходу!

* * *

Только миновав треть спуска, Резанов вдруг понял, что не слышит за спиной топота Чеха.

— Войтеха нет! Иржи! Назад!

Шустал замер, оглянулся. Выругался.

— Надо вернуться за ним.

Наверху с силой распахнутая дверь ударилась о стену. Послышались встревоженные голоса и топот нескольких пар ног.

— Нельзя, — прошипел Иржи.

— Нельзя его бросить!

— Они же бегут на пожар и не подозревают о нашем присутствии! Слышишь? Воплей ярости нет — значит, пана Чеха не схватили. Войтех может о себе позаботиться, а нас, если тут застанут, кончат не раздумывая.

Шустал снова начал спуск, Максим, поколебавшись, последовал за ним.

— Можно долго защищаться в узком проходе.

— Ага. Если б иметь дело только с людьми.

Напоминание о кладбищенских псах положило конец спорам. Приятели спешили вниз настолько быстро, насколько это позволяла осторожность. Казалось, гомон голосов за спиной с каждой секундой нарастает. Более того, среди человеческой речи, отдалённой и неразборчивой, Максу послышалось и низкое, нарастающее рычание.

Друзья выскочили в крипту и помчались по проходу. Язычки пламени на свечах колебались, сильно вытягиваясь назад. Стражники прибавили ходу — и сначала свеча Иржи, а за ней и Максима, погасли. Они продолжали нестись в темноте, однако буквально через несколько секунд раздался сдавленный крик Шустала, а следом и Резанов влетел в делавшую поворот стену.

— Правее!

— Да уже понял, спасибо!

Они чуть развернулись, нащупывая левой рукой стену, и побежали дальше, перейдя на трусцу и опасаясь снова в темноте столкнуться с препятствием. Позади — и гораздо ближе, чем парням того хотелось бы — раздался протяжный вой взявшего след пса.

— Пан командор обещал прикрытие, — пропыхтел сквозь стиснутые зубы Максим.

— Раз обещал — значит, будет, — уверенно заявил Иржи и тут же охнул, вновь не вписавшись в изгиб коридора.

— Макс, мы не найдём в темноте лаз. И эта тварь всё равно пойдёт за нами, — речь Шустала перемежалась частыми глубокими вдохами и выдохами. — Я не хочу помирать, как крыса в ловушке.

— Может, клинки? — Резанов с надежной потянул из ножен палаш, но сталь оставалась просто сталью, не испуская ни лучика света.

— Тоже мне, ночная вахта, — горько пошутил Иржи. — Они же светятся только в драке. Это тебе не фонарь, забыл?

— Я просто подумал, что драка уже вот-вот будет, — скривился Максим.

— О да, когда всё начнется — нам станет довольно-таки светло.

Впереди в коридоре появилось синее сияние, и призрак тамплиера, остановившись в двух шагах от стражников, медленно поднял руку, указывая на стену.