Книга Когда в июне замерзла Влтава, страница 89 – Алексей Котейко

— Интересно, куда можно добраться, если пойти вправо, — шепнул Резанов.

— Может, как-нибудь проверим, когда будет нечем заняться, — ехидно отозвался Иржи. — Соберём компанию дружелюбных мясников, они нас проведут по своим подземельям…

— Тише! — зашипел Макс.

— Это не их подземелья, — глухо произнёс Войтех.

— Почему? — не понял Иржи.

Вместо ответа ординарец указал на дальнюю от них стену. Приятели подошли чуть ближе, подсвечивая себе огарками. На стене в несколько рядов друг над другом тянулись ниши — некоторые пустые, словно печная топка, другие замурованные. На потрескавшейся и частично осыпавшейся штукатурке закрытых ниш просматривались надписи на латыни и даты. Кое-где вместо кирпича и штукатурки использовался камень, и надписи, высеченные на плитах, сохранились куда лучше. Иногда буквы и цифры дополнялись каким-нибудь символом — грубо начертанный меч, звезда, цветок, голубь. И повсеместно, иногда по нескольку штук на одной нише, встречались всевозможные кресты.

— Крипта. Старая крипта тамплиеров, — прошептал Шустал с невольным благоговением.

— Не только тамплиеров, — уточнил Чех. — Вот этот, например, был похоронен незадолго до гуситских войн, — он прошёл чуть дальше вправо. — А здесь кто-то, кто умер ещё до рождения Карла Великого.

— Почему такая мешанина? — удивился Максим. — Разве не логично хоронить по порядку, постепенно заполняя ниши?

— Бывает, старые захоронения вскрывают. Грабят, или семья хочет перенести прах почтенного предка куда-то. Костёлы порой закрывают, разрушают… — Иржи мельком оглядел потолок над их головами. — Мы сейчас должны быть или под фасадом дома, или даже уже под улицей. Может, на месте этого дома прежде стояла церковь. Или вообще располагалось кладбище. Кто его знает, как тут было лет двести тому назад.

— А я думал, в Золотой Праге чуть не каждый житель знает историю каждого камушка. Ну, уж на своей-то улице точно.

Капрал улыбнулся, чуть печально и сочувственно:

— Ты у себя на родине знал каждый камушек?

— Нет, — признался Макс. — Хотя вообще краеведение мне было всегда интересно.

— Чего-чего?

— Ну, история родного города. Его прошлое. Лет на сто, сто пятьдесят назад можно было более-менее точно разузнать, где и что стояло. Сохранились документы, старые планы, воспоминания людей.

— Хоть Прага и не мой родной город, в этом я тебя понимаю. Но подумай, сколько всего было. Тех же тамплиеров разгромили ещё до рождения Карла Великого. А он построил Новое Место. Целый город! Как по мановению руки! А ещё гуситы, эпидемии, пожары, потопы… — Шустал посмотрел вправо, потом влево, на исчезающие во тьме концы прохода. — Может быть, эта крипта всегда принадлежала костёлу Святого Якуба. А, может, её просто нашли сравнительно недавно, и начали использовать повторно, теперь уже для живых, а не для мёртвых. Или крипта была всегда, а наши кладоискатели просто случайно открыли проход, связывающий основной проход с двором дома «У чёрного рыцаря».

Максим тоже всмотрелся во мрак коридора и невольно вздрогнул. Пан Чех, заметив это, спокойно сказал:

— Мёртвых бояться незачем.

— В Золотой Праге грёз? — Макс нервно хмыкнул.

— И тем не менее. Здесь лежат те, кто похоронен как положено. Можно даже считать, что вся крипта — освящённая земля.

— Если только наши мясники своими манипуляциями не осквернили её, — проворчал вполголоса Иржи.