Книга Бабочка на золотой шпильке, страница 10 – Алексей Котейко

— Но папаша не был в обиде. Олсумс отстаивал своё, мой старик – своё. У обоих были равные шансы, и это честный проигрыш. Просто не повезло. Так что и я не в претензии ни к кому из семейства Улджи.

Равири тихонько зашипел:

— А они, похоже, так не думают.

— Вот поэтому я и прошу тебя побеседовать с почтенными соседями мастера Томаса, – вмешался Лайош. – И сделать это именно сейчас, пока след ещё свежий. Завтра, может быть, украшения мадемуазель Авенс уже перейдут от похитителей к новому владельцу. В конце концов, тот факт, что они не из золота, не умаляет художественной ценности работы.

— «Мадемуазель»… – тихо, но внятно проворчал Абекуа. – Я съем свою шляпу, если ещё до наступления дня рождения она из мадемуазель Авенс не превратится в просто Николь. Для друзей, – добавил он с невинным видом, поймав хмурый взгляд Лайоша.

Ла-Киш шагал по улице, не глядя по сторонам, и только время от времени в раздражении перекладывал из руки в руку трость. В отличие от некоторых своих коллег по Канцелярии, он не считал Специальную королевскую службу соперничающим ведомством – в конце концов, в СКС занимались преимущественно вопросами внешней политики и шпионажа, что очень редко затрагивало криминальный мир города.

Однако Гарольд Ла-Киш чисто по-человечески не любил заносчивость, пусть она и сопровождалась добавлением «сэр». Поэтому он сейчас от души надеялся, что в Канцелярии его уже ждёт официальный приказ о передаче дела в ведение СКС. Впрочем, было в случившемся и кое-что положительное: расследовать смерть Папаши Стэна, который даже среди «своих» слыл изрядной сволочью, Ла-Кишу вовсе не хотелось. Город определённо стал немного лучше, распрощавшись с таким человеком.

Ла-Киш на несколько секунд задержался, разглядывая выставленные в витрине курительные трубки, и одновременно прислушиваясь к звукам улицы. Дубовый Холм давно проснулся, лавки и магазины уже с час как начали торговлю. Всюду сновали посыльные и курьеры, а на тротуарах было немало прохожих – и всё-таки что-то насторожило сюретера. Своему чутью он полностью доверял, поэтому, двинувшись дальше, свернул в ближайший переулок.

Здесь Ла-Киш ускорил шаг и нырнул в первую же дверную нишу. Квартал, теперь ставший местом обитания добропорядочного среднего класса, в основном сохранил свою планировку и застройку, какой та была лет двести назад – а в те времена дома больше походили на маленькие крепости, стены в них выкладывались толстые, и добротные двери можно было вышибить разве что тараном.

Полностью скрытый в тени ниши, сюретер поудобнее перехватил свою трость и снова прислушался. Звук торопливых шагов заставил его невольно усмехнуться: чутьё действительно не подвело, кто-то тащился за Ла-Кишем от самого дома убитого.

— Гарольд, – негромко позвал знакомый голос.

Сюретер хмыкнул, вышел из укрытия – и удивлённо окинул взглядом замершую в паре шагов от него фигуру:

— Чтоб меня…

Даже в обделённом солнцем переулке было заметно, что глаза преследователя обведены явственными синеватыми кругами, а губы покрыты запёкшейся нездоровой коркой. Волосы взлохмаченные и сальные, на шее грязный шарф, на плечах – потёртое и залатанное по локтям и подолу пальто.

— Просто маскарад, – поспешил успокоить приятеля Лайош. – Сойду я за потерявшего работу приказчика?