Книга Возвращение Синей Бороды, страница 130 – Виктор Пелевин

Авраам прижал ладонь к сердцу и замер. Нефер долгое время молчал.

— Мой господин постигает, что ты сейчас не лжешь, – сказал он наконец. – А когда лжешь, сам этого не понимаешь. Видимо, твое время было эпохой позора и вырождения – но нельзя винить за это тебя. Не страшись, что воспитавшая тебя демоница, которую ты зовешь «культурой», принесет тебе вред – если боишься ее возмездия, мой господин обещает защиту. Он также постарается быть с тобой терпеливым и не причинит тебе зла. Постарайся только отвечать на вопросы чистосердечно и прямо.

— Я обещаю говорить со всем чистосердечием, – сказал Авраам почтительно.

— Хорошо. Давай по порядку. Когда тебя спросили, в чем сокровище тайного предела твоей пирамиды, ты заговорил про актуализацию некой самости. Когда тебя спросили, что есть самость, ты ответил, что это подлинное «я». Когда тебя спросили об этом подлинном «я», ты попытался скрыться в облаке мутных слов. Господин увидел, что ты сделал это не по коварству, а по глупости. Но будь отныне очень внимателен к тому, что слетает с твоего языка, Авраам.

— Постараюсь.

— Ты сказал, что подлинное «я» не является ни одной из шести душ. Ты сказал также, что оно смертно, а до того, как умрет, изменчиво – и меняется постоянно. Допустим, это «я» было подлинным в полдень. Оно стало меняться, и вот наступила полночь…

Когда Нефер произнес слово «полночь», в зале повеяло ветром, принесшим запах песка и сухого ила.

— Твое полуденное «я» таким образом отличается от твоего «я» в полночь. Если оно и было подлинным в полдень, то ночью стало ложным. А если оно стало подлинным в полночь, то было ложным в полдень. В чем же тогда подлинность твоего «я» и в какой именно момент оно подлинно?

Авраам подумал.

— Подлинность нашего «я» – не есть что-то фиксированное, – ответил он. – Подлинность в самом процессе нашего становления. Специального момента, когда «я» становится истинным, нет. Жан-Поль Сартр, вскормивший мое интеллектуальное поколение, учил, что человек постоянно проектирует себя через выборы, и наше «я» формируется через действие. Подлинное «я» в полдень и подлинное «я» в полночь могут быть истиной оба, даже противореча друг другу, если это результат свободного выбора. Подлинность – вовсе не тождество полудня с полночью, а способность действовать в согласии со своей самостью и ночью, и днем…

Перед Авраамом опять мелькнула черная вихреобразная тень, но египтянин сжал кулаки, и смерч исчез.

— Ты вновь упомянул ту самость, что исчезнет со смертью? – спросил Нефер вкрадчиво.

— Да, – ответил Авраам. – Прошу твоего господина не гневаться, но эта самость сегодня – это не то же самое, что вчера. Тем не менее, процесс ее актуализации создает собственную ценность.

— На какое время? – спросил Нефер.

— На время… э-э-э… актуализации.

— А когда это время проходит? Ценность остается?

— Можно сказать, что да.

— Где?

— В памяти.

— Если ты помнишь, как ел вчера, – сказал Нефер, – это не делает тебя сытым.

— Тогда необходимо вновь актуализировать свою самость, – ответил Авраам. – Я имею в виду, ту самость, которая сложится к этому моменту с учетом воспоминаний об актуализации прежней самости.

— И так без конца?

— Почему без конца, – ответил Авраам. – Конец рано или поздно наступает – мы все смертны. Вопрос в том, удается ли нам достичь самоактуализации до этого.