Онлайн книга «Возвращение Синей Бороды»
|
— Но без милости богов все твои цели распадутся вместе с телом, разве не так? — Это неважно, – ответил Авраам. – Актуализация наделяет жизнь ценностью независимо от загробного воздаяния. Человек находит удовлетворение в самом ее процессе, а не в ожидании потусторонней награды. Даже без веры в загробную жизнь человек способен оставить наследие. Это придает его существованию смысл. — На какое время? — На время жизни. Зачем жизни смысл, когда ее больше нет? Актуализация помогает нам преодолеть страх смерти. Если жить в согласии с собственными ценностями, смерть воспринимается как естественная часть бытия. — Интересно, – сказал Нефер, – очень интересно. Мой господин Сет изучил все верования земли, но про такое не слышал. Учат ли этому тайно жрецы племени иудеев? — Нет, – усмехнулся Авраам. – Они религиозные люди, и у них другие взгляды. Мое учение не имеет религиозных корней. Это международная светская мудрость. — На чье постижение опирается такой подход к жизни и смерти? — О, – ответил Авраам, – источников весьма много… — Расскажи подробнее, а мой господин послушает. — Я создал свою пирамиду в середине двадцатого века, – сказал Авраам. – Интересное и великое время… Человек вырвался в космос, и почти то же произошло в области духа. Америка делала прекрасные машины и холодильники, но с философией у нас было плохо. Мы, молодые американские интеллектуалы, впитывали восточные учения – они стали доступными как раз в это время. Но главное влияние, конечно, на нас оказали прозрения европейских экзистенциалистов. Камю, Сартр и прочие… Именно они научили нас обходиться без Бога. — Без бога? – переспросил Нефер. – Про какого именно бога ты говоришь? Авраам махнул рукой. — Не про твоего владыку Сета, Нефер. И не про Озириса или кто там у вас еще. Про единого Бога. — Ты говоришь об Атоне, которому поклонялся еретик из Амарны через много веков после моей смерти? — Нет, – ответил Авраам. – Я говорю про авраамического Бога, сорри за каламбур. Ну, нашего племенного. Так получилось, что потом его назначили всеобщим. Но экзистенциализм научил людей разума обходиться даже без этой подпорки. Я, чтобы ты знал, вовсе не религиозный иудей. Я отношу себя к либеральным светским экзистенциалистам. — Мой господин хочет знать, что такое либеральный светский экзистенциализм и откуда он взялся. — О, – улыбнулся Авраам, – это поистине вершина философской мысли Запада. Приготовься долго слушать… Нефер предостерегающе поднял ладонь. — Мой господин постигает, что жрец вроде тебя вряд ли скажет правду о своей вере. Поэтому Сет повелевает твоим устам изречь самое нелицеприятное и оскорбительное, что ты слышал про свою веру и с чем втайне согласилось твое сердце. Быть может, так мы приблизимся к истине… Сказав это, Нефер прошептал что-то неразборчивое и начертил пальцем в воздухе иероглиф. Авраам глядел на все это с легкой иронией, но как только палец Нефера остановился, произошло странное. Невидимая и очень сильная рука схватила ученого за затылок и повернула лицом к потолку. Потом его рот открылся, и он произнес сдавленным голосом: — Как сказал один автор-католик, экзистенциализм изобрели французские гомосексуалисты и наркоманы, чтобы объяснить другим гомосексуалистам и наркоманам, как обойтись без Бога. Но хоть они и постигли, как прожить без Бога, им не удалось выяснить, как обойтись без гомосексуализма и наркотиков, а это делает их позицию несколько шаткой… Сначала физически, а потом и метафизически… |