Онлайн книга «Агент: Ошибка 1999»
|
Агент молчал. С момента выхода из здания ни слова. Потом, без запроса, без команды, без видимой причины: Маршрут для объекта «Катя»: Чертановская → Комсомольская, переход, Казанский вокзал. Поезд Москва — Барнаул, послезавтра вечером. Плацкарт: около 580 руб. Покупать завтра днём, не под закрытие касс. на месте сверить табло Антон остановился. Прочитал. Ещё раз, медленнее, слово за словом, как читают инструкцию к незнакомому устройству. Тридцать слов, больше обычных коротких строк последних дней. Маршрут. Для Кати. Не для миссии. Не по заданию Оператора. Для шестнадцатилетней девочки, которая не была ни целью, ни объектом, ни «носителем», ни частью чьего-то плана. Просто девочка, которая едет к тётке в Барнаул. И Агент рассчитал ей маршрут. — Ты на это силы потратил. — Тихо, в воротник. — Свои. Зачем? Расход: минимальный. Данные уже обработаны — Это не входит ни в одно задание. Пауза. Три секунды. Потом: ОШИБКА ПРИОРИТИЗАЦИИ. ПОВТОРнАЯ. РАСЧЁТ нЕ СВЯЗАн С ЗАДАнИЕМ. ПРИЧИнА: нЕ УСТАнОВЛЕнА Повторная. Слово «повторная» означало: Агент знал, что это не первый раз. Не аномалия. Повтор. Уже было: сторож в подвале, субагент эмоционального конфликта, «Игнорируйте». Теперь маршрут для Кати. Снова. Ещё одна ошибка, которую Агент видел, но не мог назвать. Причина: не установлена. У этого повтора не было имени. Агент не мог его назвать, потому что в его модели не существовало категории для того, что происходило. Это не был сбой. Это было что-то, для чего нужно другое слово. Антон не стал спрашивать дальше. Вопрос «зачем?» не имел ответа, который можно было бы выразить в синем прямоугольнике. Что-то в нём самом, не в калькуляторе, узнало: Агент только что сделал то, что сделал бы он. Рассчитал маршрут для человека, которого не нужно было защищать. Он списал это на баги, потому что других слов не было. Но ощущение было не как от бага. Ощущение было как от чего-то другого, для чего ни у Антона, ни у Агента не было категории. Шли дальше. Антон — ногами. Агент — молча, рядом, внутри. Сигнал. Синяя рамка осталась та же, но под ней проступила зелень. Не Агентово. Сверху полез Оператор. Впервые почти за шесть суток. Антон почувствовал знакомый холод. Не страх, привычку. Оператор вернулся. Как начальник после отпуска: не знает, что произошло, но знает, что недоволен. Текст Оператора, через Агента, через сломанный фильтр: ОБЪЯС□ИТЕ ЗАДЕРЖКУ. ПОСЛЕД□ИЙ СТАТУС: 20.11.1999. ТЕКУЩАЯ ДАТА: 25.11.1999. ПЯТЬ Д□ЕЙ БЕЗ ОТЧЁТА. □ЕДОПУСТИМО. Пустые квадраты на месте заглавных Н — Агентов баг ел чужой текст. Оператор писал «ОБЪЯСНИТЕ» — Антон видел «ОБЪЯС□ИТЕ». Оператор писал «НЕДОПУСТИМО» — Антон видел «□ЕДОПУСТИМО». Оператор не знал, что его слова доходят с дырами. Не знал, что между датами уже влезли долг, Катя и чужой маршрут. Не знал ничего. И требовал отчёта. Раздражённый голос начальника, который вернулся из отпуска и обнаружил, что мир не ждал. В прямоугольнике стал собираться отчёт. Антон видел, как текст складывался, строка за строкой: Статус: оперативный. Задержка: обусловлена физическими ограничениями носителя. Ресурс: снижен. Детали: период восстановления после интенсивного цикла Антон читал. И заметил. Ни слова о Михалыче. Ни слова о Кате. Ни слова о маршруте, о визите, о сделке. Отчитался сухо. И вырезал всё, что касалось Антоновых собственных действий. Оставил голую рамку: статус, задержка, ресурс. Правда, но не вся. |