Книга Последний круиз писателя, страница 92 – Пьерджорджо Пуликси

— Не уверен. Зная его, предполагаю, что он хотел смешать с дерьмом всех и вся, извините за вульгаризм.

— Это значит, что он превратил бы жизнь твоей девушки в ад и, возможно, послал бы к дьяволу твоего издателя, и ты потерял бы работу. Знаешь, на какую мысль это наводит? — спросил у него Карузо.

Клаудио Криппа помолчал несколько секунд, потом вздохнул:

— Что у меня была тысяча и одна причина убить его. Но, клянусь вам, это был не я.

Сначала это был просто легкий косой дождь, обещавший беспокойство в ночной тиши. Потом завыл ветер, раскачивая натяжные конструкции и заставляя иллюминаторы вибрировать от резких ударов. Теперь небо, казалось, разверзлось, обрушив на корабль воду и град, словно это был спланированный штурм, как будто невидимый враг выбрал себе лайнер в качестве мишени.

В зале ресторана, когда несколько минут назад отключилось электричество, пассажиры онемели. В полумраке они обменивались мрачными взглядами, зная, что «Мизанабим» не был больше просто кораблем во власти непогоды. Он превратился в плавучую западню, и многие в глубине души боялись, что их постигнет та же участь, что и Галеаццо. Ужас таился в каждом взгляде, угадывался в затаенном дыхании, в руках, слишком сильно сжимавших подлокотники, и в губах, шептавших молитвы.

Очередная вспышка разорвала небо, осветив на миг напряженные лица.

Потом вернулась тьма, еще более удушающая, чем прежде.

— Святые небеса… — пробормотала Кармен Маццалупо. — Не дождетесь, чтобы я здесь осталась.

— И куда вы хотели бы отправиться? — с ироничной улыбкой спросил Симоне Ронкони.

— Я возвращаюсь в каюту.

— Синьорина, я говорю вам в сотый раз, — фыркнул капитан Васто. — Это не…

Внезапный толчок заставил корабль накрениться на один борт. Кто-то закричал, стулья заскользили по гладкому полу, разбился бокал. Град застучал по верхней палубе, грохоча по металлу, как пулеметная очередь..

— Не теряйте самообладания, это всего лишь шторм! — кричал капитан, стараясь унять общую панику, но его голос тонул в тревожном жалобном хоре голосов пассажиров.

Мисс Марпл и Пуаро пересекли зал с удивительной грацией и остановились перед кучкой людей, в ужасе вцепившихся в защитные поручни, прикрепленные к стенам.

Как будто гости и так были недостаточно напуганы, две черные кошки начали шипеть, выгнув спины и распушив хвосты, словно учуяли чье-то незримое присутствие.

Мгновение спустя вернулось электричество.

— О боже! Эти кошки — воплощение зла! — взвизгнула Далила Моро, которая была уверена, что кошки и сотворили это чудо.

— Нет, синьора, — сказал Монтекристо, входя в зал в сопровождении Карузо. — Воплощение зла — это один из моих клиентов, однажды спросивший, есть ли в нашем книжном магазине «Норвежский лосось» Харуки Футомаки.

— Господи! И что ты ему ответил? — спросил полицейский.

— Отправил его в ближайший суши-ресторан, — ответил книготорговец.

Марина Бентивольо разразилась пронзительным смехом, на грани истерики, но это было облегчением для нее: звук вырвался из глубины души, неконтролируемым движением она согнулась пополам, тщетно пытаясь перевести дух.

— Футомаки вместо Мураками… Неужели? — повторяла профессор, и в глазах у нее блестели слезы.

На мгновение на ней остановились взгляды остальных, которые не знали, стоило ли беспокоиться или, наоборот, подражать. Валентина и Мишель Анастазиа позволили себе заразиться этим безудержным смехом, таким абсурдным в рамках трагической ситуации, которую они проживали. И потом, один за другим, все пассажиры поддались этому коллективному веселью, смеясь так, словно этот забавный момент был их единственным спасительным якорем во время бури.