Книга Пуля времени, страница 82 – Николай Свечин, Денис Нижегородцев

— Хорошо, тогда… я съем офицера.

— Смело.

Атаман съел в ответ и слона попаданца. Оба улыбнулись. Честный размен.

Прошло еще какое-то время. Количество фигур на доске резко сократилось. А судя по количеству съеденного, Георгий был даже более успешен. И вовсю шаховал:

— Шах.

Атаман уже с трудом выводил своего короля из-под удара.

— Шах.

Казак уже откровенно спасался бегством.

— Шах.

Но Казак не был бы Казаком, если бы не припрятал козыря в рукаве. Вместо очередной попытки бежать он, наоборот, вдруг начал сближаться с попаданцем. И вот король атамана стоял уже в одной клетке от короля и королевы Ратманова.

— Пат, – сказали оба хором. Пат означал ничью…

Казак протянул попаданцу руку:

— Ты несколько раз мог меня прикончить.

— Не хватило везения.

— Да, совсем немного.

В дверной проем просунулась голова Дули, верный солдат вопросительно посмотрел на атамана. Но Казак даже не поднял глаз, лишь скомандовал по-военному:

— Отставить!

И голова скрылась обратно.

— Еще партейку? – предложил Скурихин. – Я бы сказал матч-реванш, если бы проиграл. А так мы снова на равных.

— Снова на желание?

— Да, на тех же условиях.

— Я не против.

— Добро.

Во второй партии удача уже максимально улыбалась Казаку. С самого начала он выглядел более сосредоточенным, чем раньше. Видимо, познав силу соперника, решил не оставлять ему шанса выиграть в принципе. А потому мат Ратманову на двадцать пятом ходу стал закономерным исходом встречи.

— Поздравляю. – Теперь уже Георгий протянул руку. – Достойная победа.

— Спасибо, значит, победитель назначает цену…

— Так точно.

— Тогда слушай приговор. Все же ты какой-то не наш. Чужой, непонятный. И я знаю только один способ поверить тебе до конца. И не только я, но и Гурлюк, и другие ребята. А то ведешь себя, как полицейский освед: этого не убивай, того не трогай… Чистеньким хочешь остаться? Не выйдет.

Атаман поманил попаданца к себе. И с полминуты что-то нашептывал ему на ухо.

Выслушав его, Георгий побледнел при всем своем обычном хладнокровии:

— Мы это уже обсуждали.

— У тебя есть выбор…

— И я смогу увидеться с Ритой?

— Да, поезжай к своей Рите!

Ратманов задумчиво что-то хмыкнул и пошел к двери. Его лицо по-прежнему не выражало ничего хорошего.

А в коридоре спал Дуля, громко оглашая окрестности своим богатырским храпом.

3

Бывшая хевра Гимназиста – то есть банда Хряка – теперь располагалась в Басманной слободе. Как раз в районе гимназии, Второй Московской, между площадью Разгуляй и Немецкой улицей. То еще местечко для добропорядочных граждан, коих здесь и было подавляющее меньшинство. Если вынести за скобки образовательное учреждение, научить в этой местности в начале ХХ века могли только одному – как обобрать ближнего до нитки. Наслышан об этом был и Георгий. Но у него к тому времени уже созрел некоторый план.

Вскоре он появился возле гимназии и сам. Чтобы дворник – он же представитель ЧОПа, как сказали бы в наше время, – ничего не заподозрил, Жора широко улыбался и делал вид, что дожидается кого-то из учащихся.

Далее, просканировав взглядом несколько групп учеников начальных классов, увязался за одним щупленьким невысоким гимназистом и довел того до сада, где больше никого не было.

Юный гимназист заметно нервничал, оглядывался и несколько раз прибавлял шагу. Но взрослый Гимназист лишь делал более широкие шаги и тоже не отставал. Наконец, ряды деревьев закончились. И оба уперлись в деревянный забор. Это был тупик.