Книга Пуля времени, страница 78 – Николай Свечин, Денис Нижегородцев

— Ты говорил о том, что контора будет тебя искать.

— Да, и очень настойчиво. Но у меня паспортов, как у дурака погремушек. Хрен они меня сыщут. Вот тебя насквозь просветят и в задний проход залезут, поищут, нет ли там на меня сведений.

— А как вы связываетесь? – не отставал попаданец, хотя ему давно пора было уходить. – Посылаете почтовых голубей сквозь время?

— Есть специальная аппаратура. Совместная разработка с Израилем, кстати. Я разобью ее о стену, перед тем как исчезнуть. Но как связываться, тебя научат в нашей школе, если решишь перейти в СЭПвВ.

— Разбил телефончик и исчез? А вдруг в тебя вшит радиомаяк? Как в фильме «Вспомнить все». И ребята через несколько лет отыщут тебя на Уолл-стрит, накинут мешок на голову и вернут в Россию?

Двуреченский только хмыкнул:

— Типун тебе на одно место. Иди. Встречаемся здесь через три дня. Будем готовить твое возвращение домой.

4

Гимназист пришел на склад Нобелей под утро. У ворот его поджидал злой-презлой Гурлюк:

— Где ты опять пропадал, едри твою копалку? Я же велел ждать атамана!

Консильери молча открыл мешок и показал есаулу пачки ассигнаций.

— Ух ты! Это че такое?

— Мой зорик.

— Скоко тут?

— Пятьдесят тысяч.

— Айда к Матвей Иванычу, доложишь.

Скурихин встретил своего пропавшего начальника штаба гневным окриком:

— Опять? Одного раза мало было?

Тот повторил прием: вывалил на стол содержимое мешка.

— Ого… Поясни!

— Перед вами черная касса покойного миллионера-старообрядца Бугрова, – начал Георгий менторским тоном. – Хранилась она в белокриницкой общине, на Рогожском кладбище. Я вызнал и сегодня ночью подломал. Жаль, мало – всего пятьдесят тысяч. Бугров дал им перед смертью втрое больше, но, видать, беглые попы пустили их в торговый оборот.

— Как ты узнал? – несколько сбавил тон полковник.

— От одного болтуна в кабаке, за угощение. Давно уже. Не хотел делать подарок Хряку.

— А мне почему не доложил?

Ратман улыбнулся одними губами:

— И сколько бы вы мне из них отмуслякали, Матвей Иваныч? Нет, я все провернул сам, и дуван мой. Но я хочу из него сдать в отрядную кассу десять тысяч. За прописку.

Атаман посмотрел на есаула, тот состроил гримасу из серии «делай, как считаешь нужным».

— Сыщики за тобой следом не придут? Чисто взял?

— Сыщики не придут, потому как деньги эти тайные, Белая Криница с них подати не платила и заявить в полицию о краже не может.

При этих словах и атаман, и есаул сказали хором:

— Ловко!

А когда Гурлюк ушел, Ратманов обратился к Скурихину:

— И еще, я тут подумал… Может, нам разбежаться на время? Уехать из Москвы. Люди Кошко не успокоятся, безопаснее будет исчезнуть.

— И куда ж ты намылился?

— Да в разные с тобой места, Матвей Иваныч, – впервые обратился к атаману на «ты» начальник штаба. – Деньги есть. А осенью, когда утихнет, опять соединимся. Лично я с Ритой собираюсь в Ялту.

— Дурак ты, Жора, – остановил его Казак. – Близ Ялты Ливадия, там государь живет. Городок напичкан филерами и агентурой дворцовой полиции. Тебя там враз срисуют.

— Ну, тогда в Сочи.

— Что еще за Сочи?

— Город-курорт на Черном море!

— Какой еще город? Есть задрипанный посад Сочи, и в нем единственный курорт «Кавказская Ривьера». Все на виду, тут-то и сгоришь.

Попаданец задумался. Куда ж ему податься?

— Ну, тогда в Пятигорск. Ты не против Пятигорска?