Книга Пуля времени, страница 76 – Николай Свечин, Денис Нижегородцев

— Ну так расскажи… – Жора вызывающе сложил руки на груди. – Я для этого здесь и стою.

— Эх… Босота… Ты хоть знаешь, кто такой наш Казак?

— Боевой офицер, шрамы, ордена…

— Нет, ты ни черта о нем не знаешь. А я с ним пять кампаний прошел. Ты бы видел, как он голыми руками задушил японского батальонного командира. Или двух хунхузов^[31] на одну шашку надел. А как мы с ним Черчилля захватили на Англо-бурской войне…

— Черчилля? А Черчилль тут при чем? – Попаданец услышал знакомое имя.

— Сейчас он первый лорд британского Адмиралтейства, большой человек… А мы с Матвей Иванычем его словно барана на веревочке привели и в плен сдали. Трансвааль, Трансвааль, ты весь горишь в огне…

Так и покалякали.

Но ситуация Ратманова только запуталась. Он не ночевал в банде. А теперь еще и сбежит, несмотря на прямой запрет атамана. Как быть? Георгий думал недолго. Взял перо, чернила и написал записку: «М.И.: буду к утру, важное дело, объясню позже». Вылез через окно на двор, махнул через забор и был таков.

3

Двуреченский посадил его в оговоренном месте в телегу, и они двинули в объезд Рогожского кладбища. В кромешной темноте – вокруг не оказалось ни одного фонаря – новоявленные грабители зашли к кладбищу с востока. Там проходила соединительная ветка Нижегородской железной дороги. От нее к забору вела накатанная грунтовка.

Губернский секретарь подъехал к воротам, слез с телеги и стукнул кулаком по доске. Ворота тут же распахнулись:

— Это вы, ваше высокоблагородие?

Наружу высунулся дядя, от которого сильно разило водкой.

— Я, Тимофей. Все ли ладно? Сторож где?

— Спит возле странноприимного дома. Нажрался, аки свинья…

— Ну и хорошо. Закрой ворота и жди нас тут. Никуда не отлучайся!

— Слушаюсь, ваше высокоблагородие.

Внутри намоленного места тоже не было видно ни зги. Но Двуреченский уверенно правил в дальний западный угол.

Вскоре они приехали к самому большому из храмов. Губернский секретарь шел первым. Похоже, он подготовился к делу основательно и не терял ни секунды. Сломал замок в двери, зашел внутрь и уже там включил электрический фонарик.

— Ну-ка… Вон туда.

Викентий Саввич действовал уверенно. Распихав в стороны какие-то холщовые рулоны и старые прилавки, он быстро залез в самый угол подвала.

— Видишь?

Георгий увидел то, что обещал ему старший товарищ: два сундука и кучу кожаных мешков.

— Вскрывать не станем, времени мало. Ясно, что это они. Капиталы Бугрова.

— А Бугров против не будет? – с ехидной усмешкой поинтересовался Бурлак.

— Не будет, – отмахнулся Викентий Саввич и продолжил: – Зря, что ли, я его деда, Николай Егорыча, в свое время уму-разуму учил… Полгода с ним бурлацкую лямку по Каме да Волге тянул.

— Ты? Когда успел?

— Некогда болтать, помогай давай.

Два крепких мужика начали споро перетаскивать мешки с золотой монетой в центр подвала. Девять штук, как обещано… Потом Двуреченский лично проделал лаз в куче хлама, сваленного в углу напротив. И аккуратно перенес туда добычу. Ратманов помогал ему. Через десять минут все было кончено.

Инспектор старательно сложил хлам в том же порядке и посветил фонариком:

— Вроде как было.

Взвалив на плечи по сундуку, грабители вылезли на улицу. Ратманов, как более крепкий, тащил еще под мышкой кожаный мешок. Грабители сложили ношу в телегу и быстро уехали прочь.