Книга Край биографии, страница 34 – Денис Нижегородцев

В особенности убийц городового искали среди ярмарочных. Между торговыми рядами сновали профессиональные карманники – марвихеры, а также торбовщики, рыболовы и капорщики, кравшие мешки, чемоданы и головные уборы. Хипесники трудились в паре с дамами не слишком тяжелого поведения, обворовывая их кавалеров во время актов любви. Мойщики отнимали бумажники у пассажиров поездов и трамваев. А халтурщики обносили квартиры, в которых не было живых жильцов, зато лежал покойник, приготовленный для отпевания.

Все эти люди проходили перед глазами городового Рябухи, который будто сошел с ума, выбивая признание в убийстве сослуживца у любого, кто имел проблемы с законом. Хотя в глубине души Сергей Пантелеевич и сам знал, что они ни при чем – во всяком случае, не причастны к тому, что он им предъявлял. Потому полицейский ворчал с утра до вечера. Ненадолго возвращаясь домой после службы, толком не общался ни с женой, ни с целым выводком детей, которых, дай бог, помнил по именам. А днями напролет пропадал на облавах или выпивал с теми, кого должен был ловить.

Последним был мелкий клюквенник – клюквой на дореволюционном жаргоне называли церковь, а те, кто специализировался на кражах церковной утвари, получили это прозвище. Пахом был хорошо знаком полиции, ни от кого не скрывался, и всем было известно, на что он способен – влезть в храм, утащить икону, сбыть ее на рынке… Но точно не на мокрое дело и уж тем более не на убийство городового, который знал его как облупленного чуть ли не с детства!

Тем не менее Пахом попался под горячую руку. Полицейский избил мелкого клюквенника до полусмерти. Сослуживцы с трудом оттащили Рябуху и не придумали ничего лучше, чем отправить того на пару суток «домашнего излечения». А через два дня городового все равно вызвали на ковер в Главный ярмарочный дом, где располагались квартира губернатора и штаб МВД. Главный полицмейстер выставки, подполковник и барон Таубе, не скрывал недовольства. Но что любопытно, отставить Рябуху от службы предлагал не по той причине, какую можно было вообразить, а по противоположной.

— Недостаточно! Недостаточно! Недостаточно! – повторил барон трижды, словно намекая Сергею Пантелеевичу, что одного избитого до полусмерти церковного вора для поимки убийц Ратманова мало. – Нужно действовать еще острее, еще умнее и расторопнее, опережая преступников даже не на один, а на несколько шагов!

А Рябуха лишь кивал в продолжение битого часа, молясь не сорваться прямо в кабинете начальника. Напоследок барон, отдавший разносу подчиненного последние силы, закурил. Он все же дал городовому еще один шанс поймать преступника, одновременно сделав тому и последнее китайское предупреждение. Сергей Пантелеевич вышел от начальства еще более злым, чем прежде. Мысленно он уже дал себе слово найти и покарать убийц Константина Ивановича, даже не дожидаясь суда и следствия. А сейчас сделал это еще и вслух:

— Прибью, ей-богу, прибью, чего бы мне это ни стоило…

8

Едва Рябуха покинул кабинет, как на пороге показался… Бухарик.

— Кто вы? По какому вопросу? И как сюда попали? – опешил барон, увидев незнакомого человека, вошедшего без стука и приглашения.

Этого хватило, чтобы подполковник схватился за саблю, висевшую у него на поясе.

— Меня зовут Бухарин Андрей Евсеевич, – представился бородач. – Не волнуйтесь, я почти не вооружен и не опасен… по крайней мере, в данный момент. Однако имею для вас важные сведения об убийстве Ратманова!