Книга Внезапная смерть, страница 6 – Дэвид Розенфелт

Трой Престон, принимающий «Джетс», вчера не явился на назначенную реабилитацию после травмы колена и не позвонил, чтобы объяснить причину клубу. Это было нехарактерно, и когда его не смогли найти или связаться с ним, вызвали полицию. Каким-то образом Кенни Шиллинг скоро был опознан как человек, который может располагать информацией об исчезновении, и полиция отправилась к нему домой, чтобы поговорить.

Неподтверждённые сообщения гласят, что Шиллинг обнажил оружие, выстрелил (промахнулся) и превратил свой дом в крепость. Шиллинг отказывается разговаривать с копами, за исключением просьбы привести меня. СМИ уже называют меня его адвокатом — логичное, хотя и совершенно неверное, предположение.

Похоже, этот день обещает быть очень долгим.

Аппер-Садл-Ривер — такое же красивое пригородное местечко Нью-Йорка, какое можно найти в Нью-Джерси. Расположенный у шоссе 17, это богатый, красивый лесной посёлок, усеянный дорогими, но без вычурности домами. Многие богатые спортсмены, особенно из тех команд, что играют в Нью-Джерси, вроде «Джайентс» и «Джетс», перебрались сюда. Когда мы въезжаем в его умиротворённую безмятежность, легко понять почему.

К сожалению, эта безмятежность исчезает, когда мы приближаемся к дому Кенни Шиллинга. Улица выглядит так, будто здесь проходит съезд спецназа. Трудно поверить, что где-то ещё в Нью-Джерси остались полицейские машины. За каждой машиной, кажется, прячутся вооружённые офицеры; чтобы сломить Саддама Хусейна, потребовалось меньше огневой мощи. Кенни Шиллинг — угроза, которую они воспринимают очень серьёзно.

Нас с Уилли приводят в трейлер, где нас ждёт капитан полиции штата Роджер Дессенс. Он отказывается от приветствий и любезностей и сразу же вводит меня в курс дела, хотя его брифинг включает в себя ненамного больше того, что я услышал в репортажах по радио. Шиллинг — подозреваемый в исчезновении и возможном убийстве Престона, и его действия, безусловно, соответствуют чувству вины. Невиновные обычно не баррикадируются в собственных домах и не стреляют в полицейских.

— Готовы? — спрашивает Дессенс, но не дожидается ответа. Он поднимает трубку и набирает номер. Через несколько секунд он говорит в трубку: — Ладно, Кенни, Карпентер здесь, рядом со мной.

Он протягивает мне трубку, и я, с присущей мне сообразительностью, говорю:

— Алло?

В трубке раздаётся явно взволнованный голос:

— Карпентер?

— Да.

— Откуда мне знать, что это ты?

Разумный вопрос.

— Подождите, — говорю я и жестом подзываю Уилли. Я передаю ему трубку. — Он не уверен, что это я.

Уилли говорит в трубку:

— Эй, Шилл… как дела?

Он говорит так, будто они только что встретились в баре и самый важный вопрос, стоящий перед ними, — пить «Курс» или «Буд».

Я не слышу, как «Шилл» оценивает то, что «делается», но через несколько секунд Уилли снова говорит:

— Да, это Энди. Он здесь, со мной. Он крутой. Он вытащит тебя из этого дерьма в два счёта.

Глядя на армию копов, собравшихся, чтобы разобраться с «этим дерьмом», у меня такое чувство, что оценка Уилли может оказаться слегка чересчур оптимистичной. Уилли возвращает мне трубку, и Шиллинг говорит, что хочет, чтобы я зашёл к нему в дом.

— Мне нужно с тобой поговорить.

У меня нет абсолютно никакого желания физически ввязываться в эту конфронтацию, заходя в его дом.