Книга Кофе для Мардж, а ограбление на десерт, страница 27 – Кейт Андерсенн

Гарольд вновь отвлекся от дороги, всего на мгновение, чтобы с умилением щелкнуть ее по носу.

— Люблю тебя, Марджи.

Само как-то вырвалось.

Это первый раз, да? Первое признание, кажется, совсем не так должно делаться…

Маргарет покраснела и умолкла, съеживаясь на сиденье. Правда, что ли? Любит?!

Гарольд резко свернул в переулок, выезжая на соседнюю улицу.

— Заедем по дороге в колледж, – пояснил он. Пространству. Как ни в чем ни бывало.

Будто и не признавался в любви только что. А может… ей послышалась? Вероятнее всего. Это было бы… совсем уж невероятно.

— В… колледж? – пролепетала Маргарет Никсон, пытаясь унять внезапное смятение. Оттого, что ей такое почудилось. Или оттого, что он правда вот так сказал.

— Возьмем кое у кого интервью.

Ну, да. Медицинский колледж. Вот они и на месте. Маргарет вылезла из машины и замерла в нерешительности. Здесь прошел недолгий, но один из самых позорных этапов ее жизни… Когда она жила в каморке, мыла полы и варила какао в добровольном затворничестве. Уверенная, что так будет лучше. Для нее, для всех. Но это неправда – людям всегда будут нужны люди. Ни одну рану в одиночестве не залечить по-настоящему. Только иллюзорно. Нельзя соглашаться с сердцем, которое нашептывает, будто это единственное, что тебе остается.

Нельзя скрыться от жизни. Не всегда в нее врываются Гарольды и вырывают из отшельничества насильно. Ну, может, не совсем Гарольды, но что-то, связанное с ними…

Как бы плохо ни пришлось в будущем и что бы ни случилось – она решила больше никогда не избегать людей снова. Надолго – никогда.

— Что стоишь? – приобнял ее одной рукой Гарольд. – Ты не ослышалась. Но об этом – позже, хорошо? А сейчас – идем. Мы поговорим с неким доктором Максвеллом. Узнаем его мнение о проведенной экспертизе.

Щеки Маргарет снова зажглись румянцем, только теперь не неуверенным, а таким… довольным и чуточку гордым. Гарольд Кингстон, тот, кто делал ее живой, шел здесь, рядом. Как партнер, начальник, друг, парень и… возлюбленный?..

Холл колледжа блестел. Стараниями миссис Ларкин. Да уж – воспоминания лезут со всех сторон.

Столько всего сразу в голове и – невыразимая невесомость пополам с пустотой.

— Гарри… а Брент подменил результаты, чтобы помочь тете? – уточнила один из вопросов, которые не переставали ее волновать.

Кингстон как-то странно посмотрел на нее.

— Чтобы помочь. Но не тете. Подробнее он расскажет нам сам. Идем. Говорить буду я. А ты слушай и наблюдай.

Он надежно сжимал ее локоть.

— Помню… и потом рассказать тебе о своих выводах.

— Именно.

Улыбнулся так, что сердце затрепыхалось внутри. И три раза четко постучал в дверь с надписью «Аллен Максвелл, кандидат медицинских наук».

— Входите, – раздался голос изнутри.

Аллен Максвелл сидел за столом и что-то писал. Волосы густые и жесткие с сильной проседью, большие очки на носу… и запах чего-то вроде хлороформа – такими были первые «выводы» «прекрасной леди» Маргарет Никсон.

— Доктор Максвелл? – уточнил Гарольд Кингстон деловым тоном.

Доктор Максвелл поднял уставшие глаза на вошедших. Именно уставшие – без огонька, с избытком мудрости или опыта, когда «все что есть уже было» и ничего интересного произойти больше не может.

— Следователь прокуратуры Гарольд Кингстон и мой секретарь, Маргарет Никсон, – представился Гарольд сухо.