Книга Лимб, страница 54 – Лора Кейли

— Сколько вам можно звонить?! – вопила она прокуренным голосом. – У вас там в полиции все телефоны повыключали?

— Простите, вы не видели хозяйку этого дома? – спросил ее Фрэнсис.

Женщина перестала кричать и, нахмурив нарисованные брови, прищурила один глаз.

— Сегодня не видела, нет, – покачала она головой. – Как уехала вчера, так больше и не появлялась. А что-то случилось? Зачем вы зашли?

— Вчера? – переспросил Фрэнсис. – А на чем?

— На машине, на чем же еще?

— На своей?

— Я, по-твоему, марки запоминаю?

— Извините. – Он взял телефон и набрал номер Рона.

— У меня обед! – крикнул тот в трубку. – Прости, это я не тебе. Ты нашел Нэнси?

На том конце неразличимый гул людских голосов и Рон, охрипший от крика…

— Ты не знаешь, где ее машина? – кричал ему Фрэнсис.

— Чего? Я ничего не слышу!

— Ее машина осталась у офисного центра?

— Да я и не помню… – жевал что-то Рон. – Ах да, ее же увезли на штрафстоянку.

— А забрать она ее не могла?

— Забрать? – ухмыльнулся он. – Там сцепление полетело, теперь его только менять. Да и вообще, лучше сдать ее на металлолом. А что?

— Ничего, – сказал Фрэнсис и повесил трубку. На него смотрели сверлящие черные глаза.

— Это хорошо, что ты приехал, – продолжала кричать незнакомая женщина. – Меня три дня назад обокрали, забрали все: документы, права, кошелек! До полиции дойти не могу, а телефон у вас недоступен!

— А куда, вы сказали, уехала машина?

— Да вон, в сторону леса.

— Спасибо, – сказал ей Бейли и пошел к своему авто.

— Так что насчет моих документов, парень?

— Извините, мне надо идти. Я пришлю к вам кого-то из наших!

— Ага, как же! Думаешь, я поверю?!

Он себе даже сам не верил. Некого было присылать.

Кним так никто и не поднялся, сколько бы они ни стучали. Этот старик, или тот, кто был там, внизу, так и ходил по первому этажу, громыхая чем-то железным, передвигая что-то тяжелое, будто не слышал их. Они уже потеряли счет времени, в этом месте его и так не разобрать, но по серости улиц, по темноте низкого неба они хотя бы могли понять, когда начинается день. Здесь же было так темно, как в том самом колодце, разница была лишь в том, что здесь не было ни крышки люка, ни лестницы, ведущей наверх. Закрытая комната приговоренных на смерть.

Возле кровати догорал огрызок фитиля.

— У тебя же есть еще в мешке? – спросил Адам.

Матео кивнул. Он совсем сник, это был совсем не тот мальчишка, с которым познакомился Адам. Когда у человека отбирают надежду, не остается уже ничего, даже самого человека. Вот и Матео почти не осталось. Адаму вдруг показалось, что этот озорной пацан с веснушчатым носом и ярко-голубыми глазами догорал так же быстро, как и этот фитиль под стеклом.

— Эй, – Адам подвинулся к нему ближе, – не раскисай.

Матео посмотрел на него каким-то потухшим взглядом и опять уткнулся шмыгающим носом в колени.

— Это я виноват, – пробурчал он, – я подумал, это его отец, я хотел выйти из этого Лимба, а теперь это, – он посмотрел на черный потолок, – это какая-то тюрьма в тюрьме.

— Мы выйдем отсюда! Все равно выйдем! – поднялся с коленей Адам.

— На руки свои посмотри, – пробубнил Матео.

Они все были в царапинах и мозолях. Весь первый день они пытались оторвать доски, которыми было закрыто окно, но у них ничего не получилось. Прибили их намертво, как крышку к гробу.