Книга Браслет княгини Гагариной, страница 91 – Ольга Баскова

— Моя тетя завещала его мне, и я жила здесь до революции. А потом… потом мне оставили две комнаты, и за это я благодарна. Человеку не нужно так много. Мне вполне хватает и этого, и я счастлива, что живу в таком месте. Всем этим должны пользоваться люди, поэтому я отдала Дому отдыха библиотеку Гагариных.

— А где же браслет Марии Поджио? — спросил паренек в кожаной куртке. Елена Давидовна помрачнела:

— К сожалению, я не могу ответить на этот вопрос. Анастасия говорила, что его украли, когда ей пришлось ненадолго покинуть дворец и вернуться в Кутаиси. Она пыталась разыскать вора, но никто ничего не знал. Моя тетя так и не смирилась с потерей. Тасо просила меня заняться этим, но… — женщина развела руками. — Потом стало не до этого. Думаю, он в конце концов попал в руки коллекционеров и уже засветился где‐нибудь на аукционах за границей.

— Жаль, — заметила маленькая хрупкая блондинка. — Здесь ему самое место.

Елена Давидовна взяла ее за руку.

— Да, ему здесь самое место. И я надеюсь, что кто‐нибудь из вас настолько проникнется этой историей, что возобновит поиски и вернет драгоценность на место. Пусть браслет красуется в музее.

Молодые люди переглянулись.

— Мы его вернем, — пообещала голубоглазая девушка. — Обязательно.

Виталий вернулся домой в плохом настроении. Женя мирно дремала в кресле, книга Несбе с закладкой лежала на тумбочке. Карташов поднял книгу и укрыл жену клетчатым пледом, который однажды дали в нагрузку в магазине. На удивление они оба его полюбили. Он хорошо согревал, создавал атмосферу уюта и как нельзя лучше подходил к обстановке коттеджа. Молодая женщина вздрогнула и потянулась:

— Ты уже приехал?

— Приехал, — ювелир подумал, что второй раз в жизни остался один на один со своими проблемами. Ни в коем случае нельзя рассказывать Евгении о встрече с Дарьей, она не поймет и станет просить его обратиться в полицию. И он не докажет, что проклятая запись уничтожит его карьеру, которая только‐только пошла в гору.

— Давно спишь? — поинтересовался мужчина, лишь бы спросить что‐нибудь. Он находился в напряжении, словно натянутая до отказа струна. Женя улыбнулась:

— Понятия не имею. Помню только, что не обедала. Давай куда‐нибудь поедем. Я уже не успею ничего приготовить. Ты тоже голоден?

Он покачал головой: свидание с гадалкой начисто отшибло аппетит.

— Нет, я не голоден.

— Жаль, — женщина вздохнула. — Может, составишь мне компанию?

— А куда бы ты хотела поехать? — поинтересовался Виталий и подошел к окну. — Честно говоря, я бы сидел дома. Ну посмотри, какая погода: дождь, слякоть. Разве у нас нет каких‐нибудь полуфабрикатов?

Евгения надула губы:

— Представь себе, нет. Это было мое решение — отказаться от домработницы, чтобы почувствовать себя хозяйкой этого дома. Но теперь я жалею. Иногда накатывает такая слабость, что и руку поднять тяжело.

Карташов нахмурился: врач об этом предупреждал. Пройдет еще немало времени, прежде чем Женя вернется к насыщенной жизни.

— Ладно, — сдался он. — Так куда бы ты хотела поехать?

— У нас почти под носом «Дубки», — повеселела молодая женщина и понялась с кресла, не заметив, каким бледным вдруг стало лицо мужа. — Там прекрасная кухня. Давай туда?

Ювелир еле сдержался, чтобы не закричать: