Книга Ночь с врагом (двухтомник), страница 22 – Кайра Бардо

Одним рывком он стянул рубашку с ее плеч, отбросил в сторону. Выпрямился, стоя на коленях между ее разведенных ног. Его взгляд жадно пробежал по ее телу — задержался на обнаженной груди с затвердевшими от холода и возбуждения сосками, скользнул к животу, к поясу штанов.

Его руки легли на ее талию, пальцы нащупали завязки. Он развязал их, стараясь не дрожать, и начал стягивать плотную ткань вниз по бедрам вместе с бельем. Лидия приподняла таз, помогая ему. Когда одежда оказалась у лодыжек, Тариэн наклонился, чтобы освободить ее ноги, и не удержался — прижался щекой к внутренней стороне бедра. Горячий, собственнический поцелуй совсем рядом с ее лоном заставил ее вскрикнуть и вцепиться в меха.

— Еще немного... — хрипло пообещал он то ли ей, то ли самому себе.

Он стащил штаны, отшвырнул их ногой.

Теперь она лежала перед ним совершенно обнаженная, залитая золотым светом камина. Тариэн замер, нависая над ней, пожирая её голодным взглядом. Его грудь тяжело вздымалась, кисти, упертые в матрас по обе стороны от ее головы, напряглись так, что побелели костяшки. Он смотрел на нее не как на трофей, а как на наваждение, которое наконец-то обрело плоть. С благоговением, смешанным с яростной, едва сдерживаемой жаждой обладания.

— Прекрасна, — выдохнул он, и голос его сорвался. — Боги, ты еще прекраснее, чем я помнил в своих самых безумных снах.

Он скользил взглядом по ее телу — лицо, шея, высокая грудь, изгиб талии, темный треугольник внизу живота. Смотрел так, словно пытался выжечь этот образ на сетчатке, чтобы унести его с собой в вечность, когда рассвет снова разлучит их.

Потом он поднялся резким движением, схватился за край своей рубашки и стянул ее через голову одним рывком. Быстро, без церемоний и стеснения. Ткань полетела прочь.

Лидия смотрела на его обнаженный торс и поймала себя на том, что перестала дышать. Поджарое, мускулистое тело, каждая мышца прорисована со скульптурной четкостью. Золотистая кожа, испещренная старыми шрамами, которые она помнила, и новыми, появившимися за эти полгода. Тонкая розоватая линия через ребра. Рваный след на плече. Ожог на предплечье.

Война оставляла свои метки.

Он быстро расстегнул пояс, стянул штаны и белье, швырнул их в угол комнаты, не заботясь о том, куда они упадут. Выпрямился и замер перед кроватью, обнаженный, великолепный в своей хищной грации. Каминный свет играл на его рельефных мышцах, золотил кожу, подчеркивал каждый шрам. Его мужское достоинство было напряжено, тяжело налито, и от одного взгляда на его готовность низ живота Лидии скрутило сладким спазмом.

Она смотрела на него, приподнявшись на локтях, утопая в мягкости мехов. Впервые они были наедине без оков, магии и принуждения. Только их воля. Только их выбор. И этот выбор сжигал воздух между ними, заставляя его вибрировать от напряжения.

Тариэн сделал шаг к кровати. Его лицо было напряженным, скулы острыми, глаза — темными колодцами желания. Он опустился на край ложа, нависая над ней, а затем, не в силах больше сдерживаться, прижался всем телом к ее телу.

— Лидия... — её имя сорвалось с его губ рваным, болезненным стоном, когда их кожа соприкоснулась. Тепло к теплу. Твердость к мягкости.

Его руки обхватили ее, прижимая так, словно хотел вплавить ее в себя. Их губы встретились — жадно, отчаянно, с привкусом безумия. В этом поцелуе была вся тоска шести месяцев разлуки, все несказанные слова, вся горечь невозможности быть вместе.