Книга Сквозь его безумие, страница 24 – Татьяна Берест

Я наклоняюсь.

Вхожу аккуратнее, чем раньше, без резкого движения, без лишней жадности. Кровь идёт медленно, тянется тонко, и в этот раз я не позволяю ей захлестнуть. Держу. Слежу за ритмом, за тем, как бьётся сердце, как меняется тепло под руками.

Глубже.

Но не дальше.

Я отрываюсь сам.

Без усилия.

Просто потому, что решил.

Секунда тишины. Внутри поднимается привычное — желание вернуться, взять ещё, дожать до конца, но я не двигаюсь. Смотрю на неё, на ровное дыхание, на шею, где ещё остаётся тепло.

Пусть спит.

Этого достаточно.

Я откидываюсь назад, закрывая глаза на секунду, удерживая внутри это новое ощущение — не голод, не срыв, а контроль Завтра продолжим.

Она спит.

Дыхание ровное, пульс держится. Я убираю руку с её шеи, встаю и выхожу, не закрывая дверь до конца.

Ночь встречает прохладой. Прага тише, чем днём, глубже. Камни влажные, воздух густой, туман ложится низко, стирая края улиц. Шаги выравнивают остатки гула в голове.

Карлов мост почти пуст. Редкие силуэты растворяются в сером, фонари дают больше теней, чем света.

Он стоит у перил.

Саэр.

Не двигается, будто не пришёл — был здесь всегда. Короткое тёмное пальто, руки свободны, линия плеч ровная, спокойная. Вокруг него воздух как будто держится иначе.

Он поворачивает голову.

— Влад. Снова здесь?

Голос тихий, чистый, без лишнего.

Я останавливаюсь в нескольких шагах.

— Иногда тянет туда, где всё началось.

Он смотрит чуть дольше, чем нужно.

— Тебя редко тянет без причины.

Я усмехаюсь.

— Нашёл одну.

Он не меняется, но взгляд становится внимательнее.

— От которой могу оторваться.

Слова ложатся глухо.

— Могу остановиться.

Саэр слегка смещается, теперь стоит вполоборота.

— И ты решил, что это победа.

Я смотрю прямо.

— Для меня — да.

Он кивает едва заметно, как будто фиксирует факт.

Где она.?

Дома.

Он переводит взгляд на воду. Туман медленно движется под мостом.

— Зачем звал.

Сущий сказал, что у нас один запах.

Саэр тихо усмехается, почти без движения.

И ты не веришь.?

Я ничего не чувствую.

Я смотрю на него, сжимая челюсть.

— Ни связи, ни смысла в этом.

Он поворачивается обратно.

— Потому что ты ищешь это как человек.

Слова звучат ровно.

— А это не так!.

Я молчу.

Он делает шаг ближе, не сокращая дистанцию до конца.

— Ты можешь остановиться.

Взгляд фиксируется.

— Не потому что стал сильнее.

Я жду.

— А потому что тебе дали границу.

Слова ложатся тяжело.

Я усмехаюсь коротко.

Удобно звучит. Точно.

Он смотрит прямо.

— Ты не чувствуешь, потому что у тебя нет целого.

Голос остаётся спокойным.

— Ты рвёшь. Берёшь. Теряешь.

Едва заметное движение головы.

Она держит.

Туман сдвигается, на секунду закрывая его лицо.

Я стою, не двигаясь.

Внутри поднимается знакомое раздражение, но не гасит смысл.

— И что это значит.

Он отворачивается к воде.

— Это значит, что ты впервые не один в этом процессе.

Слова звучат почти беззвучно.

— И не понимаешь, что с этим делать.

Я сжимаю пальцы.

— Я справлюсь.

Он не оборачивается.

— Ты либо научишься, либо сломаешь её.

Голос остаётся ровным.

— Другого варианта у тебя не было никогда.

Туман закрывает его почти полностью.

— Не трогай лишнего, Влад.

Слова доносятся уже глуше.

— И, возможно, у тебя что-то получится.

Он замолкает.

Не уходит сразу.

Смотрит.

Долго, без давления, как будто не ждёт ответа и всё равно видит больше, чем я сказал.