Книга Нестандартное обучение, страница 22 – Татьяна Берест

Официант приносит напитки. Высокие бокалы, лёд звенит о стекло. Ставит перед нами тарелку — тонко нарезанная рыба, овощи, всё аккуратно, почти слишком красиво для этого места.

Через пару минут появляется кальян.

Дым сразу мягче, чем сигаретный, густой, тёплый.

Дмитрий берёт трубку первым. Пальцы ложатся уверенно, без лишнего движения. Он делает затяжку медленно, глубоко, не спеша, будто растягивает момент. Грудь чуть поднимается, затем он выдыхает — дым выходит ровной струёй, рассеивается между нами, скрывая на секунду его лицо.

Глаза сквозь этот дым остаются на мне.

Он не торопится отдавать трубку.

Секунда.

Потом протягивает.

— Возьмёшь? — голос низкий, ровный.

Без улыбки.

Я мысленно обзываю себя всеми словами, какие только приходят в голову, и отталкиваю эти глупые ассоциации.

— Нет, — говорю ровно. — Не хочется.

Он не настаивает.

Просто задерживает на мне взгляд ещё секунду, как будто отмечает это где-то у себя, и снова подносит трубку к губам. Затягивается медленно, глубоко, не спеша.

Дым ложится плотнее, чем раньше.

Он выдыхает чуть в сторону, проводит языком по губам, почти незаметно, и тихо, будто сам себе:

— Вкусно.

«Боже, Ника…» — думаю я, сжимая пальцы на холодном стекле бокала. — «Ты вообще нормальная? Какой из тебя профессионал… какой из тебя полицейский…»

Мысли цепляются одна за другую, неприятные, резкие.

Я резко отвожу взгляд.

Туда, куда нужно.

За тот стол.

Теперь уже не просто «люди». Если смотреть чуть дольше — картинка складывается иначе. Они не расслабляются, даже когда смеются. Смех короткий, без тепла, глаза в этот момент не меняются. Один постоянно сканирует зал, почти незаметно, но регулярно. Второй держится слишком уверенно, слишком свободно — как будто привык, что здесь ему никто ничего не скажет.

К ним подходят.

Молодые.

Слишком молодые для такой уверенности.

Разговоры короткие, но плотные. Наклоняются ближе, говорят тихо, и в этих наклонах нет обычного флирта — там что-то другое. Быстрое. Договорённое. Как будто всё уже решено заранее, осталось только подтвердить.

Я слежу внимательнее.

И чем дольше смотрю, тем отчётливее понимаю — здесь не про отдых.

Костян перестаёт улыбаться.

Сидит так же свободно, но взгляд уже другой — цепкий, внимательный. Он наклоняется чуть ближе, не убирая руки со спинки дивана за моей спиной, голос ниже, ровный, чтобы не выбивался из общего шума.

— Видишь, как работают, — бросает негромко.

Кивает в сторону того стола.

— Никто не торопится. Никто не светится.

Пальцы легко постукивают по краю стола, ритм почти незаметный.

— Подходят сами. Их не тянут.

Он чуть щурится, следит за очередным движением.

— Сначала разговор. Потом уже всё остальное.

Коротко выдыхает, взгляд остаётся там же.

— Грязь, — добавляет тихо. — Причём такая, которую сразу не вытащишь.

На секунду переводит глаза на меня.

— Запоминай лица. Манеру. Кто к кому тянется.

Я держу их в поле зрения.

Один из тех, за столом, почти не сидит — встаёт, возвращается, говорит коротко, без лишних движений. К нему подходят чаще. Остальные будто под него подстроены. Несколько раз кто-то из молодых наклоняется ближе, он слушает, кивает, и разговор обрывается так же быстро, как начался.

Я отмечаю это почти автоматически.

Дмитрий чуть подаётся вперёд.