Книга Холодное сердце, страница 73 – Кристина Лин

— Ты ушел, и я думала, что тебе вряд ли нужен ребенок. — Она смотрела на меня своими карими глазами, сейчас в них не было привычного высокомерия, но легче от этого не становилось.

— Ты думала?! — повысил голос. — И почему ты так подумала?!

— Послушай, тогда ведь мы расстались не самым лучшим образом. И не одна я в этом была виновата. — Она снова перешла в наступление. Во всем такая, от своего не отступится. Даже если не права, не признает.

— Как ты могла, Рита? — глаза жгло от слез, и я отвернулся к окну, чтобы она не видела моей слабости.

— Я не знала, могу ли доверять тебе, после того, как ты спорил на меня. — Она стояла за моей спиной, я видел ее отражение в оконном стекле, но повернуться не мог, потому, что слез сдержать не получилось. — А потом, когда ты исчез, а я поняла, что тебя не волнует что со мной, решила, что так будет лучше. Мы этого не планировали, но я решила ее оставить. — Что? Она еще сомневалась? Такого цинизма даже я от нее не ожидал.

— А потом? Почему не сказала? — голос дрогнул, и она положила мне руку на плечо, которую я тут же сбросил.

— А потом уже не решилась. Я думала, ты убьешь меня. — Правильно ты думала, детка! Этого еще мало для тебя. У меня есть дочь, которая меня даже не знает, а ты слишком много думаешь, решая за других.

Я смахнул слезу тыльной стороной ладони и повернулся к ней.

— Теперь никакой самодеятельности. — Сказал угрожающе, но голос все еще дрожал от эмоций. Она смотрела на меня с жалостью, но мне теперь ее жалость не нужна. — Все решения касаемо ребенка мы будем принимать вместе.

— Ты не можешь мне указывать. — Она просто неподражаема! Но со мной эти номера больше не пройдут.

— Могу, Рита. — Сказал, делая шаг в ее сторону, и она отпрыгнула назад.

Прошел мимо и вышел в коридор, она шла за мной. Я открыл двери.

— Я приеду завтра. — Сказал, закрывая за собой двери.

Уже в машине я позволил себе отпустить свои мысли, растирая виски. Она скрывала ребенка столько времени. Допустим, она не могла со мной связаться раньше. Но, что значит, не могла? Не хотела! Решила, что без меня им будет лучше? Все решила, не считаясь со мной. Так, будто я — пустое место. И сейчас, когда мы больше месяца спим вместе, что мешало ей сказать о ребенке? Сколько возможностей у нее было? Тысячи.

Оказалось, что все, что я раньше думал о Марго, не имеет значения. Она много раз делала мне больно. Но в этот раз она переплюнула даже себя. Скрывать ребенка — это перебор, даже для нее. У нее холодное сердце, а у меня оно живое. И играть с ним я больше не позволю.

После нашего разговора на кухне прошло две недели. Две долгих недели, во время которых Вадим всецело сосредоточился на малышке, стараясь забрать ее при каждом удобном случае. Теперь Соня вечерами была со мной или с ним, но никогда не бывало так, чтобы с нами обоими. Он словно пытался вычеркнуть меня из своей жизни, но никак не мог этого сделать, учитывая то, что я мать его ребенка.

На работе мы говорили только о делах, он сухо спрашивал, ожидая кратких и четких ответов. И больше ни разу не пригласил меня в ресторан или к себе домой. Вернее, я заезжала к нему, но только для того, чтобы забрать малышку, когда она гостила у папы. И Вадим делал все, чтобы таких дней было как можно больше. Казалось, он хотел наверстать упущенное время.